+38 044 270 60 44
Желаете отдохнуть, ЗВОНИТЕ
LUXURY туры "Серфинг Тур на Гавайи"

3045

10 дней / 9 ночей

Тур "США + Канада"

10253

21 день / 20 ночь

Нью-Йорк – неофициальная столица США


Большой город, Большое Яблоко и Город больших надежд и острых углов - как только не называют Нью-Йорк - лежит на островах, что выходят прямо в Атлантический океан, и административно поделен на нескольких крупных районов: Бруклин, Бронкс, Куинз, Статен-Айленд и, конечно же, Манхаттан (транслитерация всех географических названий дается по лингвострановедческому словарю и остается на совести его составителей). "Огромная куча". "Огромная куча" народа в 7,5 миллионов умещается на относительно небольшой (например, в сравнении с Киевом) площади. Скученность населения, необходимость существовать буквально на головах друг у друга и сверхскоростной темп жизни на протяжении последних ста пятидесяти лет превратили "нью-йоркеров" в совершенно уникальный тип людей. Они вечно чем-то заняты, всегда спешат, но при этом, в отличие от киевлян, радуются всякому вновь прибывшему, будь то просто гость или "иммигрант" в поисках лучшей доли. Все понимают, это город Золотого Тельца в Стране равных возможностей. Поэтому главный лозунг всех американцев вообще, и "нью-йоркеров" в особенности: Time is money!
 
Если вам тесно, потритесь правой дверью о соседа!
При всей своей внешней космополитичности, жители четко разделяют друг друга на выходцев из Вест-Сайда и Ист-Сайда, Квинза и Бруклина, Гарлема и Бронкса. Идентификация осуществляется как по произношению, так и по манере поведения и стилю одежды. Житель Flat Iron District (район знаменитого небоскреба "Утюг") отличается от выходца из East Village (район иммигрантов, один из центров контркультуры). А атмосфера Greenwich Village (богемный район) совершенно отлична от атмосферы Upper West Side (аристократический район).
    
У большинства же заезжих людей Нью-Йорк прежде всего, конечно же, ассоциируется с Манхаттаном. Остров Манхаттан омывается с запада Гудзоном, а с востока - Восточной рекой. Весь он расчерчен на квадраты и прямоугольники. Все улицы Манхаттана, которые идут с севера на юг, называются авеню, а те, которые пересекают его с запада на восток, - стриты. Движение поверху -автомобильное и пешеходное. Все улицы с односторонним движением, причем на улицах с четными номерами направление движения в сторону востока, и - наоборот. Это довольно удобно с точки зрения безопасности, ведь лобовые столкновения с выездом на встречную полосу движения практически исключены. Зато боковых вмятин на машинах - не сосчитать. Но нью-йоркеры, похоже, на это не очень обращают внимание и трутся боками от души, втискиваясь на стоянку, или расталкивают бамперами соседние машины, выбираясь с нее. При всей кажущейся организованности движения пробки на Манхаттане - ужасающие. Но пробки не "стоячие", как в Киеве, а медленно ползущие.
       
Конечно, значительно комфортнее плыть в "стрече", слушая музыку и потягивая шампанское из холодильника. Но это в том случае, если денег у вас, как у Билла Гейтса, и вы уже никуда не спешите. Надо сказать, что, несмотря на свой празднично-чопорный имидж, эти лимузины за вполне разумную (по американским меркам) цену сдаются напрокат и в них катаются даже "синие воротнички", особенно когда нужно встретить знакомого в аэропорту JFK и доехать до города, или наоборот. Однако почасовая оплата в "часы пик" может пробить изрядную брешь в вашем бюджете.
    
Про таксистов - отдельная песня. Yellow Cab, или желтые машины, это единственный лицензированный вид извозчиков в Нью-Йорке. Если на крыше горит знак с номером, такси свободно и его можно нанять. Если горит знак Оff Duty - таксист на "перекусе" или просто едет домой после смены.
    
По существующему закону водитель такси обязан не только везти вас в указанное место, но полностью подчиняться всем требованиям пассажира, как то: не курить в машине, открыть или закрыть окно, высаживать или подбирать пассажиров по ходу движения. Он также не имеет права спрашивать у пассажира о пункте назначения до того, как вы займете свое место. Всякое нарушение этих требований может быть поводом к обращению недовольного клиента в Taxi & Limousine Commission и последующего лишения нарушителя лицензии, а значит, средств существования. Поэтому в большинстве своем нью-йоркские таксисты весьма любезны.
 
Gypsy, но не Kings
Другая беда, что работа таксиста, как правило, один из самых популярных видов заработка у "свежих" иммигрантов. Несмотря на то, что лицензия выдается только при условии владения английским и знания карты города, нередко встречаются "желтые кэбмены", которые просто не могут понять, о чем попросил пассажир, а уж про внятный ответ и говорить не приходится. При этом шофер довольно лихо и уверенно рулит в ему одному известном направлении. Если вы не знаете точно, куда ехать, то путь может быть долгим и мучительным. Учтите: как только машина тронулась с места, счетчик отсчитывает по 25 центов за каждые 300 метров пути, не считая $1,5 за посадку. Так что, прежде чем сказать: "Гоу!", убедитесь, что ваш драйвер понял, куда ехать. Запоздалые споры будут стоить изрядных нервов. Таксисты принимают кредитные карточки, но предпочитают "кэш" и "типс". Обычно "типсы", или чаевые, составляют 10-15% от счетчика на усмотрение пассажира. То есть сначала таксист отсчитает вам сдачу до последнего цента, и только потом вы даете ему "на чай".
    
При полном уважении к пассажирам "кэбмены" вызывающе агрессивны по отношению к своим коллегам по "баранке". Видя поднятую руку, любой таксист бросается к клиенту сломя голову, пусть даже тот стоит на противоположной стороне улицы. Плевать на какие бы то ни было правила! Не упусти свой шанс! Об этой особенности знают все участники движения, включая полицию Большого города, и относятся к "желтым" не то чтобы снисходительно, но с пониманием. Главное, если видишь перед собой, сзади или сбоку Yellow Cab, будь начеку, возможен самый неожиданный маневр. Закон бетонных джунглей гласит: "Выживает самый поворотливый!"
    
Существуют, конечно, "бомбилы", или gypsy, но их машины не проходят регулярной технической инспекции и вряд ли имеют страховку на случай аварии. Если машина не лицензирована, она не имеет права на желтый цвет. К таким садиться не рекомендуется, возможны различные эксцессы - от простой "обираловки", до откровенной грубости.
 
Счастлив тем, что братьев наших черных никогда не бил по голове…
И все же большинство жителей Нью-Йорка жертвует комфортом "лимузинов" и адреналином езды с нью-йоркским "такси-драйвером", выбирая старую и не очень добрую "подземку", ведь доехать в "сабвее" можно куда угодно и довольно быстро. Как ни крути - 1142 км линий и 469 станций. В подземку после восьми вечера женщинам без сопровождения заходить не рекомендуется, а станций в районах Гарлема и Бронкса путеводители настоятельно советуют избегать всем и во всякое время суток. Так и хочется сказать: "Вот они, гримасы "свободного мира""!
        
Тем не менее, не так уж страшен "сабвей", особенно если ехать днем, хотя первое впечатление от их метро, конечно, мрачное. Неспроста, когда житель Нью-Йорка впервые видит наше метро, то на некоторое время впадает в состояние полного ступора. Особенно приятно наблюдать выражение лица "нью-йоркера", если сказать ему, что, вот, мол, это и есть "наш сабвей", выделив "сабвей" интонационно. Вспоминая мрачное и полутемное нью-йоркское подземелье, по которому с грохотом носятся обшарпанные изнутри и снаружи, жуткие вагоны, понимаешь, что сравнение явно не в пользу Имперского города. Причем, если дневной визит в подземку, полную подозрительных рож бандитского латино-афро-американского вида, мотающихся на разболтанных шарнирных туловищах, вероятно, закончится ласково: "Ха-а-ё-до-ё, бра-а? Тэйк ке-а! Пи-ис!", что при ближайшем рассмотрении значит вполне безобидное: "Здравствуй, брат мой! Я - за мир! Чего и тебе желаю!", то по ночам в "сабвее" случаются разные "триллеры". Впрочем, мой бывший однокашник Чингиз живет в Большом Яблоке уже лет десять, и - ничего. Даже поправился! Зато эта их подземка работает 24 часа в сутки без выходных, а самые страшные личности тоже иногда боятся бравых молодцев из NYCPD (New York City Police Department).
  
Улей под названием Manhattan
"Небоскребы-небоскребы, а я маленький такой", - спел о себе когда-то наш соотечественник-эмигрант. "Город - жизнерадостный малыш, а ты всего лишь красная краска, которую он слизывает со своей игрушки", - так писал о Большом городе писатель О.Генри в начале прошлого века.
        
"Нью-йоркеры" очень любят свой город, они гордятся им, независимо от того, в каком районе живут. Могу подтвердить, что спустя сто лет фраза О.Генри: "Вы не рискнете заявить вслух в Нью-Йорке, что небоскреб "Утюг" по своим архитектурным формам уступает Миланскому собору, если вы, конечно, не сумасшедший", по-прежнему имеет смысл. Но о первом в мире небоскребе, построенном в 1902 году, знаменитом "Утюге", или Флэтайроне, как и о Бруклинском мосте, лучше почитать у Маяковского.
        
Очень трудно выделить именно тот единственный фактор, который превращает Нью-Йорк в вечно жужжащий улей. Это все вместе: суетливая толкотня и беготня людей на Манхаттане, гудки автомобилей, крики разносчиков газет и продавцов хот-догов, плач саксофона или жестяной звук банджо, треск мотоциклов, вой полицейских патрульных машин и пожарных сирен… Недостаточно? Добавьте поминутный визг тормозов, гул подземки, гудки катеров в гавани и стрекот прогулочных вертолетов над Статуей Свободы. Все это происходит в Нью-Йорке ежесекундно и одновременно. Это - Манхаттан. Уже через полчаса кажется, что ты здесь уже бывал однажды, и все находится где-то поблизости: и Центральный парк и Эмпайр-Стейт-билдинг, и Таймс-Сквер, и Рокфеллеровский центр, и тот самый "Утюг".
        
Да, только вот "близнецов" Мирового торгового центра больше не существует… Но зато музеи Современного искусства, Естественной истории и Гуггенхейма по-прежнему на месте, как и Бродвей с его многочисленными театрами, "Эвитой", "Кошками" и другими мюзиклами. Ах, да, бэг ё пардон, "Кошек" тоже сняли. В сущности, неважно, что делать и куда пойти в Нью-Йорке, потому что город сам по себе таков, что его можно разглядывать без устали, каждый раз обнаруживая новые черточки и штрихи на вечно меняющемся и знакомом лице.
  
Пушкин в Greenwich Village
Greenwich Village, или просто "деревня", как ее называют местные жители, одно из самых любимых обитателями районов города. На весь мир он известен своей богемной жизнью. Бесшабашная атмосфера, исторические уголки, многочисленные лавочки и кафешки, бары "голубых", парк на Вашингтонской площади, куда горожане приезжают семьями, чтобы отдохнуть и поразвлечь детей, - все это влечет в "деревню" и местных, и приезжих. Вот лавки, где можно купить настоящие талисманы, сделанные руками краснокожих ремесленников, коренных жителей Америки, где-нибудь в индейских резервациях дакота и шошонов, гуронов и семинолов. А вот антикварные магазины и дорогие "бутики".
        
Репутация средоточия всех творческих сил Нью-Йорка начала закрепляться за "деревней" еще в самом начале XX века, когда сюда переехали первые артисты и писатели. Вслед за ними потянулись и джазовые музыканты, игравшие свои блюзы в ставших потом всемирно известными клубах "Голубая нота" и "Деревенский авангард", кстати, благополучно доживших до наших дней. В 40-х годах Гринвидж-Виллидж была известна как основное место "голубой" тусовки. Многочисленные кофейни на Бликер-стрит погружают в атмосферу нью-йоркских "битников" 50-х и "хиппи" 60-х. Именно здесь сам Боб Дилан когда-то свернул свой первый "джойнт". В "деревне" когда-то жил Джимми Хендрикс, а "Роллинг Стоунз" записывали многочисленные альбомы. На этих улицах можно встретить кого угодно. Мне, например, довелось столкнуться с самим Александр Сергеичем. Да, да, именно с ним, родимым, знакомым всякому русскому по портрету Кипренского. Скажете, бред. Хорошо, не с самим Пушкиным, а с человеком, очень на него похожим. Неизвестно, знал ли тот афро-американский "нью-йоркер" о своем сходстве с великим русским поэтом, но весь антураж был налицо: шапка курчавых волос, тонкие черты лица, цвет кожи - кофе с молоком, бакенбарды, шляпа на голове, белая сорочка с высоким распахнутым воротом и, что самое удивительное, книга в руке. Он сидел на углу Бликер и Томпсон-стрит, на высоком бордюре у зеленого парка, закинув нога на ногу, и просто читал, время от времени поэтически задумчиво глядя в небо. Проходя мимо, я приблизился и обнаружил, что это книга стихов. На каком языке были эти характерные столбики букв, рассмотреть мне, увы, не удалось. Мне вдруг подумалось, что для полного сходства не хватает разве что гусиного пера и чернильницы. Я не стал обращать на себя внимания, боясь разочароваться, и, приняв вполне туристический вид, сделал несколько снимков пушкинского двойника.
  
Земляничная поляна и Площадь времени
Легче всего оценить, каким бесценным оазисом посреди городских нагромождений из стекла и бетона является Центральный парк, когда стоишь на самом верхнем этаже Эмпайр-Стейт-билдинг. Огромный зеленый прямоугольник площадью в 337 гектаров, со всех сторон окруженный острыми углами небоскребов и улицами, кишащими людьми, являет собой удивительный контраст с оправой. Спустившись вниз и пройдя до 72-й улицы, замечаешь, что людская толпа постепенно редеет, с бега переходя на шаг, входишь в кудрявую зелень аллей и плюхаешься на ближайшую лужайку. В Центральном парке можно увидеть и валяющегося на траве банковского клерка в белоснежной рубашке с галстуком, и страстно целующиеся молодые парочки, и седовласых старушек на лавочках с книгами в руках, и прогуливающихся джентльменов. Внутри парка есть даже маленький зоосад с развлечениями для детей. Детишки очень любят присесть на бронзовую лавочку, где уже удобно устроился самый добрый сказочник в мире - Ганс-Христиан Андерсен. А совсем неподалеку тоже бронзовая компания - Кролик в камзоле, Чеширский Кот и, понятно, Алиса.
    
Но самое посещаемое место в парке - Strawberry Field, Земляничная поляна. Сюда приходят приложить ладонь к мозаичному каменному кругу с надписью в центре - IMAGINE, в память о Джонне Ленноне. Он жил поблизости, совсем рядом с Центральным парком.
    
Ужасно не хочется покидать этот тихий уголок, с замками, озерами, фонтанами и прохладой, и вновь выходить на пышущие зноем и гарью улицы Большого города. Но делать нечего: NYC ждет.
    
Самый шумный перекресток мира, если верить самим американцам и известной Книге рекордов, - Times Square. Это там, где Бродвей пересекает 42-ю улицу и 7-ю авеню. Если стоя здесь повертеть головой, то увидишь много чего интересного: ковбой Мальборо, пускающий кольца дыма прямо из стены дома, многочисленные кинотеатры non-stop на нижних этажах, с ужасающим количеством крестов на афишах. Из-за этих крестов, обозначающих степень безнравственности содержания, в 60-е годы Таймс-Сквер был самым опасным местом в Среднем городе (Midtown). Здесь собирались отъявленные маньяки, шлялись подонки всех возрастов и цветов кожи и городские сумасшедшие.
    
Рядом с рекрутинговым пунктом US Army находится центральная касса, единственное место, где можно купить билеты на бродвейские мюзиклы. Кстати, официально Таймс-Сквер считается средоточием театров и началом Бродвея театрального. А над головой - вечнобегущая строка с Нью-Йоркской фондовой биржи, сообщающая о состоянии индекса Доу Джонса и помогающая убедиться, что ваши акции котируются. Или наоборот. Сама NYCE находится, конечно же, на Уолл-стрит.
    
На Таймс-Сквере, кроме того, в новогоднюю ночь традиционно собирается до миллиона человек, чтобы поглазеть, как ровно в полночь со здания One Times Square скатится яркий неоновый шар, символизирующий окончание года. Само действо занимает всего 90 секунд, после которых пришедшие зеваки либо веселятся остаток ночи, либо разбредаются по домам. Это похоже на сбор киевлян под кремлевскими курантами, с той разве разницей, что русским людям в новогоднюю ночь спать вообще не пристало.
    
Нью-Йорк-Сити - это для всего остального мира. Для самих "нью-йоркеров" - Big Apple. Ни один из городов планеты, даже будучи официальной столицей государства, не осмелился бы столь нахально заявить о себе самом: "Столица мира", как это делает город на Гудзоне. Хотя, с другой стороны, приходится признать, что никто почему-то и не пытается это оспаривать. Вот потому-то и поет Лайза Минелли: "Большего яблока, чем ты, Биг-Эпл, не сыскать на свете. Ты - царь горы. Вершина народной кучи. Люблю тебя, Нью-Йорк, Нью-Йорк".
    
Не каждый признается в любви этому городу, но жить там можно, если любишь шум, гам и ежедневный бег с высоко поднятыми коленями.
 
Яблочко от яблоньки недалеко падает…
Так почему же все-таки Big Apple, а не, скажем, Big Pear или Big Cucumber? "Нью-йоркеры" взахлеб рассказывают, что в 20-е годы, в эпоху "сухого закона" и бутлеггеров на Большой город случилось нашествие джазменов, а в Гарлеме, главном источнике этой самой "музыки толстых", все - от Бени Гудмена до Каунта Бейси и Глена Миллера - и на все лады повторяли в своих джазовых композициях "речитатив о яблоках, которых всегда много на дереве, но Нью-Йорк - Большое Яблоко, единственное и неповторимое…" Что ж, версия красивая, зачем спорить. Однако ряд серьезных лингвистов и историков предлагает иное объяснение.
        
В самом начале XIX века число бегущих из революционной Европы в Америку достигло апогея. Много было парижских аристократов, еле спасшихся от объятий "девственницы Гильотины". Из вновь прибывших не то в конце 1803, не то в начале 1804 года выделялась своей красотой, образованностью и изысканным воспитанием некто мадемуазель Эвелин Клодин де Сан-Армонд. Дочь знатного придворного и фаворитка самой Марии Антуанетты, Эвелин не потерялась и на американских просторах. Более того, она даже чуть было не вышла замуж за молодого Джона Гамильтона, сына будущего президента США Александра Гамильтона. Но по неизвестным причинам свадьба расстроилась буквально перед алтарем.
    
Молодая красавица, однако, вовсе не пала духом и вскоре с помощью богатых и влиятельных воздыхателей, которых у нее было в достатке, открыла на Бонд-стрит, 142 - в одном из тогдашних наиболее респектабельных районов -элегантно меблированный салон с изысканными ужинами, приемами и игорными столами.. В "салун" Евы, как на английский манер стали называть владелицу, зачастили самые уважаемые жители города. По существу заведение представляло собой дорогой бордель. В "храме любви" не гнушались работать красивейшие женщины города, которых отбирала сама Эвелин. Более того, их заработок даже позволял содержать собственных мужей. Ева называла их "мои волшебные яблочки". Постепенно среди светской молодежи того времени даже возникло идиоматическое выражение "отведать яблочек Евы", то есть посетить "храм любви". 4 октября 1838 года известный повеса и истинный "нью-йоркер" Филипп Хон оставил подробную запись в своем ежедневнике, где красочно и детально обрисовал собственные похождения. Об одной из "воспитанниц" Евы он восторженно отозвался: "Ах, эта Ида, сладкая, как яблочный сидр!"
    
Ну, а дальше пошло-поехало, и стало яблоко широко растиражированным символом Нью-Йорка с хорошим make-up а la jazz.
 
Источник: www.vechny.com

 

СТАТЬИ О ТУРИЗМЕ


История Таррагоны. История Каталонии
История Таррагоны - это история Каталонии; и наоборот. В истории Таррагоны много загадок и мистических совпадений. Именно благодаря этим случайностям из захудалой деревеньки Таррагона превратилась в столицу Римской провинции
История Шотландии
Шотландия изначально была населена людьми, занимающимися охотой и собирательством, которые прибыли из Англии, Ирландии и Европы приблизительно 6000 лет тому назад. С собой в Шотландию они принесли эпоху неолита
Вьетнам: отдых в стране красного дракона
Страна одной из самых долголетних и жестоких войн второй половины ХХ века, Вьетнам до неузнаваемости изменился за последние 25 лет - модернизирована промышленность, построены современные отели, развивается инфраструктура.
Праздники в Японии
Вы когда-нибудь считали, сколько у нас праздников? Особо не задумываясь, можно предположить, что не мало. Но все равно я думаю, что Япония нас в этом вопросе обогнала. Сейчас в Стране Восходящего Солнца празднуется 14 государственных праздников и еще
Отдых в Дании: в маленькой Дании много всего…
Эта маленькая страна Дания выглядит как иллюстрация к сказкам своего печального сказочника Андерсена - пряничные домики, улыбчивые добряки, много мельниц и много чего-то еще.
Тур с отдыхом на три дня в раю (Санто Доминго, Доминикана)
В Доминикане все намного проще. Покупка тур-карты за 10$, заполнение миграционного листа и спокойный проход таможни. Отель мне порекомендовали еще на Кубе и дали пару контактных телефонов. Выйдя на улицу, сразу был окружен таксистами.