+38 044 270 6044
Желаете отдохнуть, ЗВОНИТЕ

Туры в Алжир? По пустныне? Это реально!


Это называется - неймется. Ну, нельзя объять необъятное, нельзя! А бес-искуситель нашептывает: если знаешь, что нельзя, но очень хочется, то …попробуй. Умести, то есть, тысячу с гаком верст в 11 дней и покажи другим то, что сама смаковала пару месяцев, проведенных в Сахаре с перерывами, начиная с декабря 2001 года. Так появился маршрут "Мозаика ландшафтов" - Великая Пустыня в великом многообразии линий и красок …
 
Сега, Ихарен, Ассекрем…
Точка начала маршрута - оазис Таманрассет на юге Алжира. Сколько раз, прилетая сюда на самолетах единственной ныне в стране авиакомпании Air Algerie, я сходу попадала в объятия друзей-туарегов! На этот раз свидание задерживается, и только безмятежность моих спутников, расслабившихся в комфортном африканском тепле, примиряет с дурацким сюжетом. Ладно, говорят мне, бывает, брось дергаться. В самом деле, что за ерунда, сейчас приедут, просто кто-то что-то перепутал…
 
На дворе 30 марта и не меньше плюс 25-ти, солнце садится, окрашивая теплое небо в голубые и розовые тона. Два джипа и Азуз с Ахмедом возникают бесшумно, будто материализуясь; Азуз, смеясь, награждает себя парой легких оплеух, обнимает меня за плечи. Солнце село, свет сгущается и синеет, машины съезжают с асфальтированной дороги, ведущей в Там, и, переваливаясь, направляются в сторону Хоггара. Километров через пятнадцать на светящемся заднике неба возникает элегантный силуэт горы Ихарен; приехали…В лагере, кроме повара с помощником, "chef d'expedition" - мой давний друг Дэл, в синей гандуре и искусно повязанном белоснежном шеше. "Привет, Григорий! - улыбается он нашему "ветерану" Сахары. - Как дела?" У Дэла поразительная способность к языкам, от поездки к поездке он потихоньку осваивает русский. Ужин давно готов, впереди - первая для большинства ночь в пустыне…
 
Ранним утром лагерь почти пуст. Так будет до конца путешествия: фотографировать Сахару - захватывающее занятие. Контрастные тени обозначатся чуть позже, а пока желтоватые лучи подсвечивают прихотливо-ассиметричный Ихарен и невысокий конус горы Сега. На Ассекрем - вершину высотой чуть более 2700 м - команда уезжает без меня: мы с Азузом остаемся в Таме на стратегическое совещание по экспедиции Алжир-Нигер. Потом я узнaю, что окруженная тамарисками и цветущими олеандрами гельта Афиляль - место ланч-привала - на этот раз была полна воды, а сам путь на Ассекрем (от Таманрассета до него 80 км) занял почти 4 часа: дожди, пролившиеся на пустыню в начале марта, размыли дороги так сильно, что из двух автомобильных троп, ведущих к вершине, пригодной для езды оказалась только одна. Ночевать решили не на маленькой тамошней турбазе, где в живописном "салоне" висит расписание восходов и закатов, а в палатках чуть поодаль. По коротким репликам вернувшихся на следующий день путешественников я пойму, что с площадки, с которой открывается вид на центральную часть нагорья, именуемую Атакор, суровый красно-коричневый ландшафт с горами-близнецами на переднем плане предстал их взору именно таким, каким его описал Шарль де Фуко, живший здесь в крохотной обители: "Вид великолепен... Ближайшие окрестности составляет смешенье причудливых вершин, зубцов, фантастической формы скальных блоков и нагромождений. Грандиозное безлюдье… Ничто не способно описать магию этого густолесья острых скальных вершин, лежащих у твоих ног".
 
Тассили Н'Ахаггар
До массива Эль-Гессур 180 км на юго-восток. Выезжаем в полчетвертого пополудни: засветло не доехать, ночевать предстоит в вади Зазер. За два с половиной часа караван из трех джипов проходит километров восемьдесят - вначале по каменистой бурой хамаде, затем по пустынным "проселкам" - палевым песчаным вади с густо-зелеными островками тамарисков. Около шести прямо по курсу появляется гора Арреган. Вечернее солнце цепляется за верхушку ее треугольного гребня. Вади уходит вправо; Арреган меняет форму, являя себя стрелой, нацеленной в невидимое пока созвездие. Чуть позже екатеринбуржец Вадим сделает снимок: слева от окрашенной закатным солнцем горы - освещенная его последними лучами убывающая луна…
 
Апрельское утро в Сахаре располагает к прогулкам: чтобы сэкономить время, трогаемся пешком; машины нас догонят, после того как Дэл с командой снимут лагерь и погрузят вещи и инвентарь. Навстречу шагают две французские пары, возвращающиеся в Таманрассет. Возрастной диапазон нашей команды - 22 (min) - 59 (max), до французов самый старший явно не дотягивает… А вот и машины, наши и встречные; туареги обмениваются традиционными приветствиями и новостями; пара часов - и мы в Эль-Гессуре. Не без маленького приключения…
 
Ох Даха! Славный парень и хороший водитель, но - первым обычно идет Дэл. И всегда смотрит в зеркало, если надо, останавливается, ждет, не теряя другие машины из виду и не давая им расползтись по пустыне. На этот раз лидирует Даха, ибо у нас на переднем пассажирском сидении - предписанный правилами национального парка проводник из Джанета, говорливый Алатод. До Джанета еще не одна сотня километров, места, по которым мы едем, нашим водителям отлично знакомы, Алатод не при деле и болтает без умолку, в какой-то момент Даха отвлекается…стоп. Он смущенно оглядывается - утратил бдительность! - и "по правилам" разворачивается "посмотреть, где остальные". "Остальные", Дэл и Ахмед, уже четверть часа дожидаются нас в Эль-Гессуре. Минут сорок, пока Даха ездит туда-сюда, мы с Кристиной ящерицами пристраиваемся на желтовато-серых глыбах. Полдень. Горячие камни. Акации. Ни души. Беспокоиться не о чем - рано или поздно машина вернется. Но Кристина потом признается: если слегка сместить акценты и экстраполировать ожидание, становится не по себе…
 
В Эль-Гессуре все уже облазили грот, похожий на готический храм. Сфотографирован первый из множества наскальных рисунков - белые и красные жирафы. Впереди - грандиозные каменные кулисы на фоне песков: фантастический Тин Акашакер в знойном мареве - там впервые застревает наша видавшая виды "Toyota"; массив Тагельмамет, в новом для меня ракурсе - выразительный и завершенный как планета маленького принца. На пятый день мы проходим 90 км до скального града Тахаггарт; подступы к нему джипы штурмуют словно танки. Сеанс псаммотерапии: повар Мохаммед закапывает Кристину в горячий песок, сочувствующие шагают с осторожностью и, дивясь говорящей голове, поят ее из бутылки; гонец итальянских туристов, стоящих у западной стены, выписывает на вечер Алатода; даже удалившись, этот неугомонный дух не оставляет нас в покое: далеко за полночь по долине, окруженной частоколом каменных деревьев, мечется упругое эхо импровизированного барабана…
 
 
Абора и пространственный переход
Каменистая поверхность словно черепаший панцирь. Остановка. Алатод машет руками: вон, вон, видите, Абора! До горы Аборы, ориентира для редких ныне караванов, отсюда еще километров сорок. Она возникает справа по курсу - огромный гладкий плавник подземной каменной рыбы цвета темного шоколада, не похожая ни на одну из возвышенностей, разбросанных по пустыне на десятки верст вокруг. Александр, штурман экспедиции, шелестя картами, предвкушает визит к колодцу в вади Иссален. Увы! После ланча в тени акации в штурманском дневнике остается запись: "От колодца осталось поваленное паводком (!) бетонное кольцо с датой 1965". Вода, если копнуть, совсем неглубоко: сняв выгравированного на сером камне круторогого буйвола, я ловлю объективом идущего впереди меня к стоянке Дэла: на плече у него полная 20-литровая канистра. К закату мы добираемся до эрга Килиан - протяженной, но невысокой песчаной гряды. Близ нашего лагеря пасется многочисленное верблюжье стадо. Именно там Володя поймает изысканный и лаконичный кадр: мехари цвета слоновой кости на фоне зависшего над горизонтом бледного солнечного диска …
 
Тенере на языке тамашек означает "пустыня". Тенере - это пустыня в пустыне, пустыннейшая зона Сахары. На нашем пути - Тенере де Тафассасет. Мы ныряем в нее, как в пространственный туннель, песок и небо сливаются в розоватой дымке, машина летит в никуда, ни кочки, ни былинки, только твердь - и свод небесный. Неземной свет плещется за бортом, Алатод против обыкновения не произносит ни слова, и только кисть его правой руки, поднятая так, чтобы Даха мог ее видеть, слегка движется вправо-влево, корректируя направление. Пространство сгущается в табличку-маркер: все! Не все, просто Даха, похоже, опять увлекся - вокруг нас только желтая планета. Мы ждем, пока из туннеля выпадут две отставшие машины - и взлетаем вновь, чтобы после промежуточной посадки у гор Готье, возникающих средь пустыни будто град Китеж, к вечеру приземлиться у Алидеммы…
 
Тадрарт
Ландшафт Тадрарта уникален. Предполагалось, что мы двинемся туда сразу из Алидеммы, чтобы затем подняться в Джанет, но введенные недавно правила потребовали предварительного визита в городок-оазис и заполнения уведомлений в бюро национального парка. Волшебный путь был пройден дважды, туда и обратно. Это примерно 350 километровм, холодный ветреный вечер у въезда в массив, четыре ночлега и три дня, проведенные на перекрестье обширных сухих водотоков и в "кулуарах" вади Ин Джарен.
 
Дюны всех оттенков меда… Мы бродим по ним, увязая в песке, сидим на гребне, скатываемся вниз, прикидываем высоту в "гришах" - Григорий поднимается минут 45, и пока он идет, медленно, но без остановок, с методичностью испытателя экспедиционного снаряжения, решение тригонометрической задачки дает результат 120 метров… Посреди песчаного цирка Уан Зауатен вздымается ввысь диковинный трезубец, пристроившись вечером за кромкой дюны, поет Ахмед; по стенам бродят пятнистые жирафы, пляшущие человечки охотятся и пасут коз, Валентина сидит на полосатом матрасе-шезлонге, опершись на гранитную стену, за ее плечом бежит куда-то веселый ушастый слоненок. Под Гришиной палаткой ловят змею, умертвивший ее Мохаммед, играя извитым древесным корнем, исполняет медитативное танцевальное соло; в гроте с двухкомнатную квартиру бродят по стенам красные коровы размером с мышь, Ваня, самый молодой и самый сдержанный из нас, методично пополняет свой банк фотодокументов.
 
Мы возвращаемся в оазис по дну реки Ин-Джарен с многометровыми каменными берегами, последние 50 километров до Джанета усталые джипы идут по шоссе, в ночь перед вылетом пустыня пытается удержать нас песчаной бурей. Пробившись сквозь сухую туманную взвесь, мы останавливаемся в вади между городком и аэропортом. Под музыку, звучащую словно из глубины времен, фары двух джипов синхронно дают свет на самую гениальную из гравюр, которую мне пока довелось увидеть в Сахаре. И по тому, как молчат мои спутники, я понимаю, что все получилось…

 

СТАТЬИ О ТУРИЗМЕ


Тур в ОАЭ: как выбрать тур в ОАЭ?
ОАЭ – очень молодое государство: 2 декабря 2001 года ему исполнится 30 лет. А как туристическое направление туры в ОАЭ вообще получили признание относительно недавно. Учитывая это обстоятельство, мы решили прояснить, как выбрать оптимальный тур в ОАЭ
Отдых в Дубровнике. Дубровник – жемчужина Хорватии и Адриатики
Я в Дубровнике, точнее только подъезжаю к Дубовнику по горной дороге и сверху издали любуюсь им, как картиной - совершенством композиции, красок, мазков. Прежде всего, я вижу цвет - белого камня стен Дубровника и красных черепичных крыш Дубровника.
Каникулы в Таиланде
Несмотря на известную репутацию Таиланда как страны тысяч “массажных салонов”, там спокойно можно отдыхать и всей семьей. В Таиланд мы отправились во время осенних школьных каникул. Это обстоятельство и предопределило состав группы: я была с дочкой,
Израиль: достопримечательности Израиля, информация об Израиле
Израиль. Земля трех религий, библейская "Земля Обетованная", родина многих народов и цивилизаций, территория Израиля и в наши дни привлекает внимание миллионов туристов своими историческими памятниками и смешением культур.
Недвижимость в Бельгии
Дом + компания = вид на жительство. Такую формулу предлагают бельгийские юристы своим клиентам. Многие из этих специалистов имеют успешный опыт работы с гражданами из стран Восточной Европы по оказанию им помощи в плане приобретения недвижимости и по
Экскурсия по Оду. Отдых в Оде,- Франция. История Оды
Просто один из департаментов Лангедока? О, нет! Про Од никто не сможет сказать, что он "просто". Од - это очень непросто, это не земля, а машина времени, это место, заселенное с самого начала времен. Строго говоря, здесь в свое время нравилось даже д