+38 044 270 60 44
Желаете отдохнуть, ЗВОНИТЕ

Туры в Иорданию: туры туда, где замедляется время


Иорданцы не очень избалованы вниманием западных туристов, и поэтому здесь можно еще встретить арабское гостеприимство и доброжелательность в чистом виде, без задней мысли, без поиска выгоды. Если вам говорят: "Добро пожаловать", то наверняка не скажут в следующую же секунду: "Купи папирус!", как, к примеру, в Египте, где вытягивание денег из иностранцев за последние сто лет развилось в национальную страсть. Не слышно криков: "Бакшиш!", как только ты вытаскиваешь камеру. Если иорданец не хочет фотографироваться, он это скажет прямо, и никакие подачки его мнения не изменят. И когда мы собирались на съемки фильма о бедуинах Южной Иордании, многие знатоки говорили, что они чужих не жалуют и сниматься не любят. Некоторые даже предлагали заключить пари, что бедуинских женщин в фильме не будет. Мы старались в споры не вступать и тайно возлагали надежды на двух удивительных женщин, которые должны были открыть нам двери в мир бедуинов.  
 
Элеонора и Айлин  
Эти женщины - американский врач Элеонора Солтер и австралийская медсестра Айлин Колман. Сорок лет назад они приехали в Иорданию, чтобы лечить бедуинов от туберкулеза, очень здесь распространенного. Они создали небольшую клинику на юге страны и оттуда путешествовали по всей Иордании, спасая людей. Позже они смогли открыть госпиталь в Акабе, но сами остались жить в своей клинике, высоко на горе, откуда открывается захватывающий дух вид на Моисееву долину - Вади Муса, а в ясные дни виден даже Израиль. Элеоноре восемьдесят лет, Айлин - шестьдесят восемь, но, несмотря на это, они все так же регулярно садятся в белый джип и выезжают в пустыню, осматривать своих пациентов. Их знают все - от простого кочевника до членов королевской семьи. И везде принимают как родных.  
   
Дома у Элеоноры и Айлин мы нашли гостью восемнадцати месяцев от роду, в розовом комбинезоне и с постоянным выражением счастья на лице. Крошка Амал и ее сестра-близнец родились в пустыне, но Амал была слишком слаба, чтобы перенести зиму. В таких случаях бедуинской матери не остается ничего другого, как отдать все силы на воспитание более здорового ребенка; слабый же обречен. Такая судьба ожидала и Амал, если бы не миссионерки, которые забрали ее к себе. На время.  
  
Следующий день должен был стать для Амал знаменательным - она возвращалась домой. Но ее дом сначала надо было найти. После долгих поисков мы нашли недавно оставленную стоянку.  
  
- Все в порядке, - успокоила нас Айлин, - далеко уйти они не могли.  
  
И действительно, еще минут через десять мы увидели палатку, разбитую у подножия скалы из красного песчаника. Навстречу нам бежала толпа мальчишек - братьев Амал. На руках у одного из них, Ибрахима, была ее чумазая копия - сестра-близнец. Восторгу семейства не было предела, нас пригласили в "дом из волос" - палатку, плотно сотканную из козлиной шерсти. Палатка перегорожена пологами на три части: для овец, женщин и мужчин. В женской части уже горел костер: готовили "менсеф" - традиционный обед кочевников - рис со специями и козьим или овечьим мясом.  
  
Элеонора наскоро проинструктировала нас, непривычных: обед может выглядеть не очень аппетитно, но есть надо обязательно - иначе хозяева обидятся. Нас, впрочем, долго уговаривать не пришлось: если бы не хруст песка на зубах и не торчащий из середины блюда козлиный череп с остатками шерсти, я бы даже включил их палатку в путеводитель, в раздел "Рекомендуемые рестораны". Хозяева очень удивились, узнав, что мы ни разу не пробовали менсеф. Разговор зашел о гостеприимстве бедуинов; по традиции, путники могут найти пристанище в любой семье, им отдадут все самое лучшее и в течение трех дней никто не задаст ни одного вопроса.  
  
После обеда все занялись своими делами. Мать семейства, Нура, кормила грудью очередного младенца, другие женщины поили овец и коз, а я тщетно пытался вернуть свои солнечные очки, которые Ибрахим попросил на минутку, только примерить. После длительного спора я махнул рукой, и Ибрахим стал их обладателем.  
  
Вот так, по мелочам, наступает цивилизация. Кочевые племена жили в этих местах тысячелетиями. Каждый год они проходят сотни километров в поисках новых пастбищ для скота, но многие теперь предпочитают перевозить свои палатки на грузовиках, а не навьючивать на верблюдов. Верблюды - предмет гордости бедуинов - конечно, в семье остаются. Все больше людей оседает в городах и поселках: там есть хоть фельдшер, да и детей надо учить. Сейчас в Иордании осталось около сорока тысяч бедуинов, и их становится все меньше.  
  
- Очень жаль, - говорит Айлин, - но через пару поколений настоящих бедуинов будет нелегко найти. Очень жаль.  
  
Вади Рум - долина Луны  
Вади Рум - одна из наиболее посещаемых туристами долин Иордании. Впрочем, немногие проводят здесь больше одного дня - гостиницы нет даже в проекте, а платить немалые деньги за ночь в продуваемой ветром палатке, да еще в январе, захочет не каждый. Большинство ограничивается трехчасовой поездкой по долине на верблюдах, ослах или допотопных джипах - большой разницы между ними нет, трясет одинаково. Трех часов вполне хватает, чтобы приобщиться к истории, - именно в этих местах английский офицер Томас Эдвард Лоуренс собирал племена бедуинов на борьбу с турками, здесь стоят "Семь Столпов Мудрости" - красная скала, давшая название его знаменитой книге, развалины его дома. Именно здесь в 1969 году снимали фильм "Лоуренс Аравийский", ставший классикой мирового кинематографа.  
  
Собственно Рум - поселок из одной с половиной улицы и старой крепости - находится при въезде в долину. В крепости расквартирован отряд бедуинской полиции, ради которого мы и приехали в Рум. Предварительные переговоры о съемках их работы велись неделями, и в конце концов из самого Аммана был прислан капитан полиции для координации, поэтому мы с легким сердцем направились к полицейскому участку. Но нас остановил Мохаммед, наш гид.  
  
- Подождите, пока стемнеет, - сказал он.  
  
Конец января - самый разгар Рамадана, когда мусульмане не могут есть до захода солнца, а голодный полицейский - несговорчивый полицейский. Мохаммед был прав.  
  
Через пару часов, когда мы пришли в крепость, весь отряд находился в благостном послеобеденном расположении духа. Нас усадили у костра, выдали по чашке сладкого чая, и важный полковник прочел нам краткую лекцию об истории и задачах бедуинской полиции. Задача, собственно, у нее одна - ловить контрабандистов, перевозящих по пустыне из Саудовской Аравии наркотики, овец и даже холодильники. Сделать фильм об охоте за контрабандистами в пустыне было очень заманчиво. Но неожиданно наше стремление наткнулось на непреодолимое препятствие: полковник утверждал, что сейчас для контрабанды - не сезон, нарушителей можно поджидать неделями, да и ловят они их по ночам, что для видеосъемок не самое удобное время.  
  
Мы приуныли, но не зря ходят легенды о гостеприимстве бедуинов! Не желая огорчать гостей из далекой страны (а возможно, чтобы не опростоволоситься перед столичным капитаном из министерства), полковник предложил... нанять контрабандиста на день и поймать его по всем правилам перед телекамерой. Мы переглянулись: это было не совсем по законам телевидения. Сознаюсь: иногда приходится что-то подстраивать, но не до такой же степени! Но полковник уже загорелся идеей. Других шансов у нас не было. На этом и расстались.  
  
На следующее утро нам представили "контрабандиста". Абу Хуссейн, сухопарый невысокий бедуин лет сорока, кочевал по пустыне всю жизнь, но год назад решил обосноваться в поселке - времена меняются, детям надо ходить в школу. Оседлая жизнь его не изменила - каменных домов не признает, живет в своей палатке и все так же держит овец и верблюдов. Для съемок он выбрал своего любимого верблюда по имени Молния.  
  
- А он быстро бегает? - спросил я.  
  
- Полетит быстрее молнии, - заверил Абу Хуссейн, с достоинством принимая гонорар.  
  
Мы загрузили аппаратуру в полицейский джип и в сопровождении офицеров, одетых по полной полицейско-бедуинской форме - долгополая рубаха-дишдаш защитного цвета, кинжал на поясе, арабский платок на голове и винтовка, - отправились в долину. За нами потянулся караван верблюдов: Абу Хуссейн на Молнии и другие участники операции.  
  
Как только камера была установлена и полковник дал сигнал к началу, события вышли из-под нашего контроля. Странное ощущение - будто бы я попал в арабский вестерн (а скорее истерн), если бы существовал такой киножанр.  
  
После сигнала полковника все стихло, и минутой позже в ущелье показался верблюд, погоняемый Абу Хуссейном. На обоих боках у верблюда навьючены мешки с "контрабандой", и, кажется, он еле плетется под их тяжестью. Но вот он выезжает из ущелья, и из засады к нему бросаются двое пеших полицейских, крича и паля в воздух из ружей. Молния, видимо, не ожидал такого приема и пустился в галоп. Два полицейских на верблюдах - за ним. Абу Хуссейн был прав - его любимец брал верх над стражами границы, и мы искренне подумали - уйдет! Но мы недооценили полковника - в следующий момент из-за ближайшего холма появились три джипа с установленными на крыше пулеметами, "преступник" был задержан и связан, "контрабанда" - конфискована, и вся процессия направилась обратно в поселок. Нашему восхищению не было предела. Полковник светился от гордости - его люди сработали отлично.  
  
На этом сюрпризы не закончились. В крепости для нас был подготовлен смотр войск. Верблюды в боевых попонах смирно сидели в ряд, и около каждого из них навытяжку стоял полицейский-погонщик. Кульминацией дня должна была стать наша прогулка верхом. Я засомневался: честно сказать, я с опаской отношусь ко всем животным, даже гораздо менее экзотическим. Но Мохаммед, мудрый гид, дал понять, что хозяев обижать нельзя, да и часто ли выпадает возможность проехаться на полицейском верблюде? Мохаммед был прав.  
  
Петра - Красная Скала  
Еще одна ночь в палатках грозила нам либо воспалением легких, либо разорением, и мы решили не рисковать и в тот же вечер ехать дальше - в Петру.  
  
Наверное, уже сотни путешественников, исследователей и писателей старались по-своему передать неповторимость Петры. Ее называли городом красным, как роза, и древним, как время, городом мертвых, розовым городом пустыни; говорили, что разноцветный камень ее построек сродни радуге, но, пожалуй, никто так и не сможет объяснить, что заставляет каждого пришедшего сюда останавливаться в благоговении при виде величественных храмов, высеченных в красных скалах.  
  
В 1812 году швейцарский путешественник Буркхардт первым из европейцев посетил Петру. Он слышал предания о таинственном городе, затерянном в горах, и во время своей экспедиции по Аравийской пустыне выдал себя за мусульманина, желающего принести жертву на могиле пророка Аарона, погребенного там. В конце узкого и извилистого ущелья Сик его взору предстала легендарная столица набатейских племен, правивших южной Иорданией еще в VII веке до Рождества Христова.  
  
Про набатеев известно немного: они были кочевниками и осели в Петре исключительно из-за ее географического положения. Через долину Петры проходили важнейшие караванные пути, соединяющие Китай, Индию и Аравию с Египтом и Средиземноморьем, воды было вдоволь, а непроходимые скалы защищали город от набегов врагов. К I веку нашей эры богатство Петры возбудило зависть Рима, и Набатейское царство стало частью Римской империи. Римляне принесли архитектурные нововведения, но не процветание: караваны пошли другими путями, и Петра стала терять свое влияние.  
  
Позже, в VI веке, Петра стала частью христианской Византии, но из-за частых землетрясений люди стали покидать город. Последние постройки относятся к XII веку, ко времени Крестовых походов, но в дальнейшем лишь местные бедуины жили в многочисленных пещерах, храмах и мавзолеях из розового камня. Весь остальной мир про Петру забыл.  
  
Сейчас не нужно повторять уловки Буркхардта, чтобы попасть в Петру, - достаточно поехать за любым туристским автобусом. В 1984 году иорданские власти выселили живших в пещерах бедуинов, и Петра стала главной достопримечательностью страны. Нормализация отношений с Израилем открыла дорогу в Петру для туристов со всего света, лечащихся на израильском берегу Мертвого моря и отдыхающих в Эйлате, - еще три года назад израильская виза закрывала дорогу в Иорданию.  
  
Выселенные бедуины тоже не в обиде. Они быстро смекнули, что туристы могут приносить не меньше прибыли, чем козы, и заставили "Легенду из розового камня" своими лотками с сувенирами. Ковры, ножи, открытки "Привет из Петры", украшения, одежда, бутылочки с цветным песком, "настоящий бедуинский" чай из дикого шалфея, поездки на ослах и верблюдах - одним словом, вся лубочная аравийская экзотика имеется здесь в изобилии. Есть даже живой верблюд, пьющий кока-колу прямо из бутылки.  
  
- Он еще и курить умеет, - похвастался хозяин. - Но только не в Рамадан.  
  
Продавцы расхваливают свой товар на всех языках.  
  
- Эти украшения настоящие? - спросил я у продавца старинного серебра.  
  
- Да нет, подделки, конечно, - ответил он по-английски с чистейшим бирмингемским акцентом и широко улыбнулся, довольный произведенным эффектом.  
  
Я рассказал мудрому гиду Мохаммеду о встрече с "бирмингемцем", и он нисколько не удивился.  
  
- У туристов научился, - объяснил мне он. - Здесь есть еще один парень, так он выучил английский по передачам Би-би-си. Послушать его - чистый диктор, но иногда вдруг начинает шипеть и посвистывать - помехи, наверное...  
  
Кому-нибудь другому я бы не поверил, но только не всегда правому Мохаммеду. Он знает все, по крайней мере, в своей стране. Да и не только. Семнадцать лет он кочевал по пустыне со своей семьей, потом решил попытать счастья в Америке. Прожил там несколько лет, женился, но жизнь в чужой стране не задалась, и он решил вернуться на родину. Здесь он стал первоклассным гидом и может провести вас по пустыне от Аммана до Акабы, но его любимым местом остается Петра.  
  
- Приходишь сюда, - говорит Мохаммед, - и время замедляется.  
  
Мы стояли высоко на горе, туристы, продавцы и верблюды казались мелкими и незначительными в сравнении с красными скалами.  
  

Мохаммед снова был прав.


 

СТАТЬИ О ТУРИЗМЕ


Подводный мир Красного моря
Южная часть Синайского полуострова - самое живописное место страны. Южная его точка - парк Рас Мохаммад входит в десятку лучших мест для подводного плавания. Рядом раскинулся новый курорт Шарм Эль Шейх, где почти у каждого отеля есть свой коралловый
Отдых в Чехии в пик туристического сезона
В Чехии пик туристического сезона приходится на майские праздники, июль, август и Рождественские праздники (конец декабря - начало января). Именно в это время гостиницы переполнены, поэтому планируйте свой отпуск в эти дни заранее. особенно проблемы
Тайны египетских пирамид – отзыв о туре в Египет
Треугольные пирамиды не просто так на плато Гиза выстроены — они в точности повторяют расположение нескольких звезд в созвездии Ориона. Якобы. И еще якобы, если сложить все периметры и длину граней, а затем вычислить корень
Израиль. Эйлат - это солнце круглый год
Еще со времен легендарной встречи царя Соломона и царицы Савской Эйлат был особым местом, привлекавшим любителей солнца и развлечений. Природа создала на северной оконечности Красного моря гавань исключительной красоты, где окрашенные в фиолетовый от
Коста-Рика - Богатый Берег
Коста-Рика (по-испански это слово означает "богатый берег") сегодня вполне оправдывает свое название. Это мирная, довольно зажиточная страна. А на фоне соседних государств Центральной Америки, которые до сих пор не могут оправиться от гражданских вой
Япония. Суси или суши,- как правильно?
В Киеве японская кухня начала решительное наступление на кулинарные пристрастия ее жителей. По всему городу теперь можно встретить японские рестораны и даже заказать на дом блюда японской кухни.