+38 044 270 60 44
Желаете отдохнуть, ЗВОНИТЕ

Люблю Иорданию или Дорога в Акабу


Сначала хотела озаглавить рассказ «Страна, из которой я никак не могла уехать... ».  Действительно, когда я звонила из Аммана 30-го декабря вечером своим друзьям в Дамаск и, очень извиняясь, уверяла, что уж завтра – 31-го – я точно сяду в автобус и пересеку, наконец, ирдано-сирийскую границу...  Мне ненавязчиво напомнили, что договаривались мы о встрече уже 26-го, пять дней назад, и с тех пор я все оттягиваю и оттягиваю свой приезд, а завтра, между прочим, Новый год!  Никаких оправданий я найти не могла, кроме одного, - мне так понравилось в Иордании, что не хотелось никуда уезжать...  Ну как это объяснить сирийцам – обидишь еще ненароком.  Но теперь я честно могу признаться в своей любви к Иордании.    
  
Принято писать о подготовке к поездке.  У меня она заключалась в приобретении путеводителя Лоэнли Плэнет, и изучении двух замечательных сайтов об Иордании. Об иорданской визе заранее беспокоиться не нужно, ее ставят в аэропорту автоматически, сбор 10 динар (курс 1 доллар = 0,7 динара).    
  
Прибытие  
Итак, в путь.  Мой самолет приземлился с часовым опозданием.  Половина первого ночи, аэропорт довольно оживлен, много таксистов, предлагающих свои услуги.  Я заранее договорилась о трансфере с одной гостиницей в городе Мадаба – этот городок ближе к аэропорту, чем столица страны – Амман.  Мне казалось, что там будет удобно переночевать и на следующее утро осмотреть город с его знаменитыми мозаиками.  Судьба распорядилась несколько иначе – трансфера моего что-то не было видно...  Подбежала, правда, девушка, бросившаяся мне на шею, по-английски лепеча приветствия и называя меня Дианой.  Когда же мы разобрались, что я вовсе не Диана, девушка смущенно удалилась, а я осталась совершенно одна.  Номер забронированной гостиницы предательски не отвечал – значит не судьба, - подумала я.    
  
Около здания аэровокзала, стоял автобус, готовящийся к отправлению.  В автобусе была обнаружена пара бэкпэкеров, на вопрос – куда едем – они пожали плечами и сказали, что куда-нибудь уж точно доберемся, главное за 1 динар, а не за 10 – как на такси .  Многочисленные местные, сидящие в том же автобусе, сразу вступили в контакт и объяснили, что едем мы в Амман, на станцию Абдали, ехать примерно час.  Итак, уже глубокой ночью я отправлялась в Амман, хотя изначально планировала оставить этот город на конец своего путешествия по Иордании.  На счастье, в первой же гостинице, в которую я позвонила, нашлось место, и больше на тот момент мне не о чем было заботиться.    
  
Дождь  
Погода мне благоприятствовала.  За все 3 недели путешествия по Иордании и Сирии в новогодний период, дождь шел только в первый и последний дни моего пребывания.  Все остальное время светило солнышко, днем было очень тепло, и даже местные жители удивлялись и радовались такой ясной и хорошей погоде!  Однако, проснувшись в первый день, я озадаченно уставилась на пелену дождя за окном...  сейчас я уже знаю, как мне повезло... потому что ливень в Аммане – это чудо!  Из-за крутых холмов, на которых построен город, ото всюду по улицам несутся потоки воды.  Зрелище необыктовенное, мне напомнило аквапарк с водными горками.  Была пятница, транспорта очень мало, и улицы пустынны, но вода все оживляла и казалось полностью господствовала в городе.    
  
Первой моей задачей было приобретение местной сим-карты для мобильного телефона.  В Иордании действует специальная «визитерская» программа.  Карточка с местным номером стоит 12 динар, все эти деньги сразу зачисляются на ваш счет, как предоплата.  Выделенный вам номер действителен в течение 40-ка дней, потом он автоматически аннулируется.  Я за 12 дней активных звонков по стране, весь свой кредит так и не израсходовала.    
  
Немножко о Катаре или «Кто цыпленок?»  
Из-за проливного дождя пришлось в первый день ограничить перемещения по городу и, сидя в местных кофейнях, наслаждаться великолепным иорданским кофе и аргиле (кальяном).  Какой в Иордании кофе знает только тот, кто там побывал...  ммм...  Во-первых, он необыкновенно ароматный, и этот аромат преследует и манит вас со всех сторон на улицах города.  Ну а за чашечкой кофе так приятно раскурить аргиле и поговорить с кем-нибудь по душам.  Задумываясь, по чему я больше всего скучаю после возвращения с Ближнего Востока, я понимаю, что по аргиле, ну и по разговорам, которые безусловно сопутствуют.  На этот раз я общаюсь с моим знакомым – Эсамом.  Он палестинец, из сектора Газа, но уже где только не жил на Ближнем Востоке в свои 26 лет.  По иорданским меркам Эсам «крутой»:  у него новый БМВ и летний дом на пляже в Акабе.  Он везет меня в самый тусовочный район города, на Абдун серкл, и мы идем в кафе Виз-а-ви, где золотая молодежь Аммана смотрит на мир сквозь дымную завесу своих аргиле.  Разговор заходит о нравах и социальных проблемах в Саудовской Аравии и в Катаре.  Мол местной молодежи совсем нечем себя занять – денег на безбедное существование и так хватает, а все имеющуюся в стране работу с рвением выполняют гастарбайтеры.  Эсам, который часто бывает по делам в этих странах, рассказывает байку об одном из развлечений катарской молодежи:    
  
Оказывается, в пригороде Дохи (столица Катара) есть дорога в пустыне. Дорога эта не простая... - на ней местные сорвиголовы играют в национальную катарскую игру «Кто цыпленок».  Когда ты едешь на машине по этой дороге, встречный автомобиль может подать тебе особый сигнал фарами.  Если ты ответил таким же сигналом – игра началась.  Суть предельно проста:  две машины несутся по шоссе в лобовую; кто первый свернул в кювет, тот...  извините, Цыпленок.  Само собой, что никто цыпленком быть не хочет, поэтому частенько дело доходит до столкновений.  Дальше, если герои-водители выживают, они покупают себе новые машины и гордые отправляются снова на заветную дорогу.  Как, наверное, весело жить в Катаре!    
  
Джерраш  
С утра пораньше я отправляюсь на автобусную станцию Абдали.  Светит солнышко, и я полна сил и энергии.  Микроавтобус, в который я запрыгнула на одно из последних сидений шел в Сажлоу с остановкой в Джерраше.  Я решила доехать до конечного пункта и сначала посетить крепость – Калаат аль-Рабат, которая возвышается на холме в 3х километрах от Сажлоу.  Сидящий рядом со мной полицейский, тоже вышел в Сажлоу, помог мне поймать такси, строго наказав водителю отвезти меня за один динар до крепости и обратно (в ЛП написано, что это стоит 3 динара), и на прощанье снабдил меня номером своего мобильного телеона, заявив, что я теперь гость на его территории и по любым вопросам могу обращаться.     
  
В крепости не было никаких посетителей.  Я бродила одна по терассам, лестницам и переходам и любовалась прекрасными видами с холма на долину.  Из-за видов сюда и советует заехать ЛП.  Тот же таксист дождался меня у входа в крепость, отвез назад в деревню, помог сесть на автобус до Джерраша и, видимо, совсем проникшись вверенной ему миссией гостепреимства, купил для меня на те деньги, что я ему дала за проезд, очень вкусных шоколадных конфет.    
  
Джерраш – это жемчужина севера Иордании.  Руины римского города, входившего в число городов Декаполиса на заре нашей эры, очень живописны, колоритны и компактны.  Я наивно думала, что после посещения той же Пальмиры, меня уже ничем не удивить...  Но огромная круглая площадь форума в Джерраше, окруженная колоннами, – поражает воображение.  Особенно если смотреть на нее со стен южного амфитеатра.  В самом амфитеатре, поднявшись по внутренней лестнице на верхние зрительские ряды и выглянув оттуда на сцену, я увидела стайку местных мальчишек – продавцов открыток.  Один из них, пользуясь затишьем в бизнесе и отсутствием каких-либо туристов, повернулся лицом к залу и звонко запел песню, делая артистичные жесты и «играя на публику».  Закончив куплет, он церемонно раскланялся, как профессиональный исполнитель.  Я не удержалась и захлопала, чем сначала очень смутила маленького артиста, а потом наоборот развеселила.     
  
Неспешная прогулка по развалинам заняла у меня около 3х часов.  Примечательно, что в Джерраше очень много полицейских – больше чем туристов.  Полицейские охраняют туристов от...  хотела написать «от местных жителей», ну, пожалуй, от любых непредвиденных опасностей.     
  
Вернувшись ранним вечером в столицу, я отправилась в хамам Аль-Паша(женщинам нужно заранее договариваться о посещении по телефону).  Хамам очень красивый, особенно центральный зал для мытья, где посередине стоит большой бассейн-джакузи с горячей водой.  Сначала все разогреваются в парилке и в джакузи, а потом начинается процедура скраба и массажа, причем в этом хамаме работают девушки с Филиппин.  Мне их массаж живо напомнил мои прошлогоднии поездки в Азию, особенно во Вьетнам.  
  
В ночных клубах действует строгое возрастное ограничение. Проверка паспортов на входе польстила мне, разменявшей третий десяток, но напрягла нашу несовершеннолетнюю финскую подругу. Впрочем, девочка не растерялась и, запретив нам выпендриваться и болтать с охранниками по-фински, выдала себя за нашего переводчика, без которого мы ну просто шагу ступить не можем в этой чуждой нам цивилизации. Все шло как по маслу пока наша подружка не ломанулась в бар покупать пиво, тут то её и повязали. Если честно странно было наблюдать, как здоровый вышибала с крашеным перекисью чубчиком на бритой голове гоняет по клубу за девчонкой, как за шахидкой, угрожающей национальной безопасности Финской республики. После успешного завершения спецоперации по поимке нарушительницы, девочка была выдворена из клуба и в лунном свете отправилась пить пиво в компании своих школьных друзей на одну из вечеринок, проходивших в ту ночь.    
  
Петра  
Сначала напишу о том, чего не было.  Очень хотелось поехать в Петру по красивой Королевской дороге (King’shighway), через каньон Вади Муджиб и крепость Керак.  Общественный транспорт по этой дороге из-за ее сложных горных условий ходит редко, а на одном участке отсутствует вовсе.  Некоторые гостиницы в Аммане и в Мадабе предлагают специальные туристические микроавтобусы по этому маршруту, поездка занимает целый день, и автобус останавливается в интересных местах для их осмотра.  Зимой желающих мало, и ближайший автобус, найденный мной, был организован только через 2 дня... ждать мне не хотелось, поэтому я на первой же маршрутке поехала в Вади Музу – деревня рядом с знаменитым набатейским городом Петрой.  Из Аммана ехать туда около 3-х часов.     
  
По рекомендациям в интернете я поселилась в гостинице Аланбат 2, современное здание в центре Вади Музы.  Гостиница оставила самые положительные впечатления.     
  
В день приезда я добралась в саму Петру только к обеду.  Неспеша пошла по дну ущелья, ведущему к зданию Казны...  в ущелье совсем никого не было, оно казалось таким мрачным и бесконечным, и стены давили со всех сторон.  И вот наконец вдали виден просвет, а в нем сияющие розовые колонны Казны.  Дух захватывает и думаешь – ну вот оно – начинается.  Древний город, вырубленный из камня, разворачивается перед Вами, уходя все дальше и дальше, а также поднимаясь ярусами в нависающих скалах. Виды один лучше другого, и камни пестрят оттенками - красными, черными, розовыми, коричневыми полосками и вкраплениями. На территории города есть музей, 2 ресторана, множество импровизированных кафе, где можно выпить чайку.  Хотя чай лучше пить с бедуинами – они вдоль всех главных дорог Петры разложили товары – украшения, колбочки с узорами из песка, «драгоценные камни», ну и тут же развели костерок и заваривают себе чай на травах, приглашая гуляющих вокруг туристов к ним присоединиться.   Еще бедуины предлагают прокатиться на верблюде или на осле.  Ослов в Петре много, так что каждый человек, не желающий подниматься самостоятельно к Монастырю или к месту жертвоприношений, может проделать тот же путь верхом за умеренную плату.    
  
В мой первый день знакомства с Петрой я просто не спеша полазила по пещерам и гробницам, поболтала с местными жителями, попела песни под гулкими сводами гротов, где эхо захлестывает тебя со всех сторон...  Оставив основные марш-броски на следующие дни, я на закате направилась к выходу.  У здания Казны в это время стояла суматоха – туристы потянулись на выход, а бедуины со всех сторон пытались заполучить последнего за день клиента на своего осла, верблюда или повозку, запряженную лошадьми.  Я совсем не устала, поэтому с удовольствием пошла пешком назад через ущелье.  В конце ущелья тусуется группа наездников, которые предлагают доехать последние 800 метров верхом.  Это мне тоже было не интересно, но тут я соблазнилась на предложение одного местного хлопца показать мне «тайную» дорогу в Петру, ведущую по горам параллельно ущелью, и посмотреть красивый закат с одной из вершин.  Действительно много горных тропок уходят вверх справа от ущелья, и мы, поднимаясь по ним осматривали новые пещеры, каменные барельефы – цветы и головы животных, висящие прямо на скалах – и кульминационный момент был, когда мы дошли до крутого обрыва и увидели раскинувшуюся перед ногами Петру, над которой медленно садилось солнце.     
  
Вернувшись в Вади Музу я пошла по дороге к центру города, в сторону своего отеля.  Говорят, что у этой дороги нет названия, и местные называют ее «дорогой туристов», потому что каждое утро и вечер по ней идет вереница туристов, двигаясь к Петре или обратно.  Проходя мимо многочисленных ресторанчиков, магазинчиков и тур-агентств, я увидела одно знакомое название.  На это агентство я обратила внимание в интернете, потому что оно предлагало туры по Иордании и еще в Ирак.  Последний факт меня настолько удивил и заинтересовал, что я, удовлетворяя свое любопытство, вела с ними переписку, вызнавая маршруты, цены, ситуацию в стране (с точки зрения тур-бизнеса...).  Одним словом, неожиданно натнувшись на их офис, я решила зайти и поздороваться.  Встретили меня очень радушно, чай – кофе, разговоры о жизни...  Рабочий день уже заканчивался, поэтому мы небольшой компанией переместились в кафе в соседней гостинице Мевенпик – очень уютное и стильное место.  Там можно сесть у камина, и, заказав чашечку кофе, смотреть на пылающие поленья...  зимой – это именно то, что надо.  Один из моих новых знакомых – Махмуд – пригласил меня на следующий день в гости на ужин.    
  
Утром я вскочила ни свет ни заря, так как уже не могла дождаться новой встречи с Петрой.  Завтрак в нашей гостинице проходил за одним большим круглым столом – это здорово, можно поболтать и обменяться планами и с местными и с другими туристами.     
  
На бесплатном микроавтобусе я доехала до входа в Петру, и поспешила к ущелью.  Параллельно мне ехали туристы верхом.  Однако в саму Петру верхом на лошадях не пускают, только на повозках, поэтому длина маршрута всего 800 метров.     
  
Преодолев ущелье в очередной раз, я начала подъем к месту жертвоприношений.  Вместе со мной поднимался пожилой мужчина с двумя взрослыми детьми. Рассказал мне, что родом из Палестины, но уже давно живет в Америке – и вот привез детей показать красоту здешних мест.  Когда мы поднялись на вершину и перед нами раскинулись великолепные виды на Петру внизу и на горы и долины вокруг...  мой новый знакомый, вздохнув, сказал:  когда-то, лет 30 назад, я все эти горы исходил вдоль и поперек – такая красота!  Я ему сообщила, что как раз это и собираюсь сделать в ближайшие пару дней.  «Ой, только детям моим не говорите! - тут же замахал руками мужчина, - а то они захотят с Вами, а мне такие походы уже не под силу!»    
  
Подождав, когда семейство начало спускаться назад в Петру, я отправилась на поиски второго спуска, который должен был привести меня в долину с другой стороны горы.  По дороге мне встретился очередной бедуинский костерок, два парня разливали душистый чай и наслаждались горной тишиной.  Я, конечно, присела поболтать с ними о маршрутах – еще меня терзало сомнение, не нанять ли мне гида, потому что уходить в безлюдные районы по горным тропам совершенно одной без хорошей карты было немного страшновато...  Слово за слово – я сообщила свои приблизительные планы – джебель Харун, Ум аль Бияра, Малая Петра...  Ребята поохали – может Вам лучше ослика нанять, девушка, а то ножками очень далеко идти.  Я их уверила, что ослика не нужно, но вот гида толкового можно было бы нанять...  В результате с одним из парней, по имени Фуаз, мы договорились о его услугах в качестве проводника.     
  
Теперь я с удивлением понимаю, что у бедуинов в Петре везде свои тропы, отличные от проторенных туристических дорог.  Даже в такие популярные места, как гора жертвоприношений или Монастырь, – местные ходят какими-то короткими и неимоверно крутыми тропками, которые туристам днем с огнем не сыскать, впрочем это и не нужно.     
  
Мы же с Фуазом, спустившись по противоположному от Петры склону горы, прошли мимо барельефа льва, гробницы Солдат, каменных цистерн и примерно через час достигли камня-змеи.  Этот камень, на вершине одного из холмов, похож на свернувшуюся в клубок змею.  Неподалеку от «змеи» находится деревня бедуинов.  Живут они прямо в пещерах, и у каждой пещеры есть деревянная дверь, на некоторых даже замки висят!  Зашли в гости к одному из знакомых Фуаза, тот, узнав, что мы идем к горе Арона, решил нас подвезти.  Интересно – на чем?  Мы вышли из пещеры, мужичок потянулся, побежал за соседний пригорок и вернулся оттуда на джипе паджеро...  На нем мы и долетели до места за считанные минуты.  На горе Арона по приданию был захоронен брат Моисея – Арон.  На месте его предполагаемой могилы возвышается белоснежная часовенка.  Виды вокруг опять очень красивые.    
  
Путь назад пешком занял примерно 1,5 часа.  Не доходя до основной части Петры, мы свернули налево и двинулись штурмовать самую высокую в округе гору, Ум аль-Бияру.  На вершине нас ждали развалины деревни, датируемые 7 веком до нашей эры.  В ЛП написано, что с этой горы открываются самые красивые виды на Петру.  Действительно – глаз оторвать невозможно, а забравшись на самую вершину вы видите Петру с высоты птичьего полета и кажется, что вы парите над ней.  Но это будет потом... сначала очень крутая и трудная дорога, которая идет и идет вверх и конца ей не видно.  Сердце бешено колотится, глаза застилает пелена, и, забравшись на очередной каменный выступ, хочется остановиться и никуда дальше не идти, довольствуясь тем, что уже видно – ведь и так неимоверно красиво.  Я еще до поездки честно готовилась ко всем этим походам... например, ежедневно забиралась на свой 17й этаж пешком.  Когда мне стало совсем трудно, уже невыносимо, а Фуаз продолжал скакать впереди и даже дыхание у него не сбилось, мне пришлось прибегнуть к психологической уловке и уговаривать себя – ну еще два этажика, уже совсем чуть-чуть осталось...   И вот наконец – победа!  Мы наверху – вокруг одна красота, какая она только бывает в этом мире.  Падаем на камни и смотрим на Петру – как нереально далеко она сейчас.  Фуаз неожиданно извлекает из внутреннего кармана деревянную флейту (дудочку) и начинает наигрывать мелодию. Я блаженствую, отдыхаю и греюсь на солнышке.  Спуск с горы не менее «увлекателен», чем подъем, но зато потом, если какому-нибудь бедуину сказать, что ты только что был на Ум Аль-Бияре – как они тебя начинают хвалить и удивляться.  Так приятно!     
  
На закате мы еще посетили Византийскую Церковь – самое красивое в ней – это отреставрированные мозаики на полу по обе стороны алтаря – они большие, живые и сейчас в очень хорошем состоянии.     
  
Ну что ж, солнце садится, и мы идем пить чай – у Фуаза все бедуины в Петре знакомые.  Откуда ни возьмись, появляется мужик «из пещеры», который подвозил нас утром до горы Арона; какие-то бойкие девчушки наперебой набиваются в невесты к Фуазу и просят меня определить, которая ему больше подходит.  Во всем этом шуме и гаме ко мне неожиданно подходит мужчина с серьезным видом и просит предъявить входной билет в Петру.  Сначала я даже не поняла, в чем дело, но потом мне объяснили, что это стандартная процедура, так как бедуины могут провести народ в Петру и без билета... если поймают, то штраф, кажется, 100 динар!  Еще мне «официальное лицо» разъяснило, что ни в коем случае нельзя оставаться ночевать в Петре, и вообще солнце село, и мне пора на выход.  Видно, я выглядела потенциальным нарушителем порядка . Меня, конечно же, приглашали и остаться переночевать и хотя бы поужинать у костра под открытым небом.  Но я уже обещала пойти в гости к Махмуду, да и ночи в Петре зимой не располагают к тусовкам под открытым небом, поэтому я вскоре ретировалась, договорившись о встрече на следующий день.    
  
У здания Казны опять суета, и все на перебой предлагают подвезти.  Ноги гудят, и я, после недолгих раздумий, соглашаюсь бесплатно проехать на повозке через ущелье и дальше до выхода из Петры.  Как мне объясняет мой кучер – никто за деньги ехать все равно не хочет, и чем одному возвращаться, лучше уж симпатичную девушку подвезти.  И это правильно.    
  
У Махмуда вся семья была уже в сборе.  В мою честь приготовили мансаф (бедуинское блюдо из риса и мяса).  В обычном течении деревенской жизни, особенно у женской половины семьи, приход гостей – это такое большое событие, что они не могут нарадоваться и весь день к нему готовятся.  Когда я собралась уходить, глаза уже сами закрывались от усталости, все сестры Махмуда стали уговаривать меня посидеть еще, и вообще к ним переселиться – зачем мне платить за гостиницу, они мне всегда будут рады!  Очень трогательно.    
  
Как же холодно вылезать утром из кровати...  бррр.  Но еще один день обещает быть ясным и солнечным.  Пока что горы, за которыми лежит Петра, покрыты легкой дымкой утреннего тумана.  Я ищу такси и прошу отвезти меня в соседнюю бедуинскию деревню, где уже ждет Фуаз.  У таксиста на сиденье прикрепрена карточка с его именем и фотографией.  Я читаю:  Мохамед Хасанат.  «Ух ты!  Ты из клана Хасанатов! – невольно восклицаю я. – А мне так хотелось встретить кого-нибудь из вашей семьи!  Это правда все то, что про вас рассказывают?!»  «Правда, правда, - смеется таксист.  – А что хоть рассказывают?  Самаму интересно...»       
  
Дело в том, что в Ваде Музе проживают несколько больших семейных бедуинских «кланов», насчитывающих до нескольких тысяч человек.  Из них самый известный клан Хасанатов – люди из этой семьи прославились своими драками и веселыми застольями.  Я читала про них много неимоверных историй.  Например:  «однажды члену семьи Хасанат пригрозили расправой из другого клана – что-то не поделили...  тогда все Хасанаты (около 5ти тысяч человек) собрались вместе и устроили марш по деревне, выкрикивая лозунги типа «Один за всех и все за одного».  В это время был сезон созревания арбузов.  Чтобы у соперников не осталось никаких сомнений в серьезности намерений, каждый участних марша кидал на землю куски спелых арбузов, и красная масса растекалась у демонстрантов под ногами.  Создавалось впечатление, что шагают они по колено в крови – крови врагов, конечно.»   Таксист этот эпизод подтвердил и был очень впечатлен моими познаниями в их семейной истории.  А я была счастлива встретить наконец-то в Ваде Музе живого Хасаната .     
  
Деревня, в которой живет Фуаз, еще более «бедуинская», чем Вади Муза.  По улицам расхаживают ослы и верблюды, мужчины – бедуины тусуются на обочинах дороги, ничего не делают, пьют чай и едят оладьи, которые тут же один из них печет на огне.  Меня тоже угостили ранним бедуинским завтраком.  А потом Фуаз попросил одного из друзей подбросить нас на грузовичке до Малой Петры.     
  
Малая Петра, как мне показалось, от Большой принципиально отличается только размерами.  Где-то я читала, что камень в этих местах был намного тверже, поэтому город здесь не разросся, а перебрался в место, где сейчас находится основная Петра.  Вход в долину, по краям которой вырублены гробницы и пещеры, бесплатный.  Мы немножко там побродили и вскоре отправились в путь, по горам по долам, держа курс на Монастырь.  Этот маршрут приводит вас в Петру с противоположенной стороны от основного входа.  Здесь действительно нет никаких билетных касс, и можно спокойно зайти в город бесплатно.    
  
Дорога очень красивая и не слишком утомительная.  Эта утренняя 2,5 часовая прогулка осталась для меня самой любимой и приятной из всех путешествий вокруг Петры.  Фуаз время от времени играл на дудочке, и однажды откуда-то издалека, с другой стороны ущелья, к нам долетела ответная трель.  А потом мы увидели стадо горных коз и девочку-пастушку, которая нам отвечала.  Должна написать, что если кто-то боится высоты, то идти по этой дороге будет опасно – едва различаемая тропинка зачастую вьется по самому краю пропасти – виды просто головокружительные.  Где-то посередине пути Фуаз остановился, прислушался и, показывая куда-то вниз в бездну ущелья, сказал – там туристы...  но куда они идут?  Там же нет дороги, там тупик!  Мы остановились и принялись кричать.  Эхо хорошо разносило голоса, и скоро нам откликнулись. Пара туристов из Голландии под руководством местного гида шли по дну ущелья.  Видно гид к этому времени уже засомневался в выбранном им маршруте, потому что сразу же попросил Фуаза помочь и показать им дорогу.  Оставив меня на вершине, Фуаз буквально побежал вниз по почти отвесной скале – такого я никогда в жизни не видела, если только в фильмах про китайских ниндзя!  Невольно в голову полезли мысли – вот он сейчас разобьется, а как я потом отсюда выбираться буду!?  Здоровый современный эгоизм.  Все, однако, обошлось, Фуаз какими-то одному ему видными тропками вывел туристов наверх и, бросив последние указания незадачливому гиду, повел меня дальше, недовольно бормоча: «Ох уж эти фермеры!  Берутся водить людей, а сами гор не знают!»  Я про себя порадовалась, что мне попался такой знающий проводник, хоть, очевидно, ни какой другой профессией он себя не обременяет.    
  
Самое замечательное на этом маршруте это то, что в конце концов, за очередным горным поворотом, Вы вдруг видите фасад Монастыря!  Мы шли к нему почти три часа и наконец мы у цели!  От этого место кажется еще более красивым, монастырь – величественным, а бедуинский чай – вкусным.     
  
От Монастыря мы спустились в Петру, где я, по настоянию Фуаза, посетила местный музей.  Ничего примечательного я там не обнаружила.  На мой взгляд, гораздо интересней музей, находящийся на развалинах цитадели в Аммане.  Там в том числе есть много экспонатов, вывезенных из Петры.  Дальше Фуаз предложил мне подняться на один из холмов, напротив амфитеатра – оттуда тоже очень красивый вид на город, а если пройти по гребню холма до конца, то можно увидеть фасад здания Казны сверху, и всех людей, роящихся на пятачке перед входом в Ущелье.  Мы начали подъем – по каким-то дремучим буеракам, цепляясь руками за катящиеся камни и раздвигая колючие ветки кустарника.  После продолжительной и отчаянной борьбы за продвижение вперед, в моем сознании начал всплывать текст из ЛП, где как раз описывался этот подъем, но там почему-то сообщалось, что наверх ведут ступеньки!  «А ступенек тут нет?» - робко спросила я.  «Да, они с другой стороны горы, - отмахнулся Фуаз.  – Но неинтересно же ходить по «туристическим» дорогам. Эта лучше и короче.»  Мы действительно вскоре выбрались на вершину – и еще раз воспарили над Петрой.  Оторвались от туристических толп, суеты и шума – остались только горы, Петра и мы.     
  
И вот время снова неумолимо клонится к закату.  Фуаз спрашивает, что мне еще показать.  Мне хочется чуть-чуть побыть в Петре самой.  Мы тепло прощаемся – большое ему спасибо за эти два чудесных дня! Я же бегу назад в Монастырь.  Еще ни разу не поднималась туда по основной дороге, а также не видела закат с одного из холмов за Монастырем.  Параллельно мне в Монастырь бежит ослик и везет на себе толстенького и приветливого юношу из Южной Кореи.  Мы начинаем болтать – насколько позволяет мое дыхание при быстрой ходьбе.  После того, как я однажды на кинофестивале посмотрела корейский фильм «Друг», я легко становлюсь друзьями со всеми встреченными мною с тех пор корейцами.  В Южной Корее 80% населения видело этот фильм, и он стал национальным хитом последних лет.  Стоит мне только о нем заикнуться, как корейцы кидаются на меня с распростертыми объятиями – очень интересный феномен.  Вот и сейчас мы дружно выпили чаю, сидя на маленьких плетеных стульчиках перед залитым солнцем фасадом Монастыря, а потом пошли на ближайшую гору смотреть закат.  Рядом с нами примостилась женщина с двумя детьми из Англии.  Дети теребили маму вопросами:  а где Гора Арона?  А Малая Петра?  А это что за гора – самая большая?  Пришлось мне рассказать и показать – и даже самой не верилось, что я здесь всего лишь два дня – все вокруг такое родное и любимое.    
  
Вечером мы с Махмудом пошли в турецкую баню.  После всех моих похождений я ее заслужила.  Долго не могла поверить, что в баню пускают и мужчин и женщин одновременно... однако, туризм в Вади Музе победил местные консервативные обычаи и нравы.  Конечно, внутри все ходят в купальниках и в «тогах» из простыней.  С баней случился забавный эпизод – когда я выходила из гостиницы, я сообщила портье, что иду в хамам, через дорогу.  Хамам для иностранцев стоит 15 динар, для местных – 8.  Махмуд договорился, что я пойду по местному тарифу.  Не успела я появиться, как мне сообщили, что звонит портье из гостиницы и требует комиссионные за мое посещение бани – якобы он меня туда послал.  Пришлось бедняге остаться ни с чем.  Когда я вечером вернулась в гостиницу, он встретил меня ворчливым вопросом: «Ну как, хорошо помылись?»  Я невольно захихикала.  После хамама мы еще зашли в Кейв бар – этакий стильный бар, оформленный под пещеру, внутри все стены увешаны коврами – очень симпатичное местечко.  Поздно вечером распрощались с Махмудом, но договорились созваниваться и может быть еще увидеться в Раме или в Акабе до моего отъезда из Иордании.    
  
Вади Рам  
Вади Рам это пустыня.  Ландшафт там очень красивый – огромное количество скальных образований и даже невысоких гор.  Раньше в этом месте жили только бедуины кочевники (номады).  Но с популяризацией оседлой жизни и появлением туристов, была построена деревня Рам.  В деревне есть один ресторан, палаточный лагерь для приезжих, и именно отсюда начинаются все походы по пустыне под предводительством местных гидов.    
  
В Рам из Вади Музы ходит один автобус в день, отправление в 7 утра.  Я попросила портье зарезервировать мне место в автобусе и разбудить в 6:30.  Когда на следующее утро я сонная сползла с рюкзаком к стойке ресепшн – мне сообщили новость, что сегодня в автобусе все места уже заняты!  Сотрудник отеля очень переживал из-за этой неувязки, тут же обзвонил все соседние отели, и нашел какого-то гида, отправляющегося тем же утром в Акабу на машине.  Этот гид согласился подвезти меня до поворота с основного шоссе на Вади Рам, где мне предстояло ловить попутку.  Через пять минут мы были уже в пути.  Дорога запомнилась чудесным рассветом над пустыней и первыми видами знаменитого скалистого ландшафта Вади Рама, от которых сильнее забилось сердце.  Меньше чем через два часа, я осталась стоять на развилке дорог в надежде, что скоро кто-нибудь поедет в нужном мне направлении.  Еще минут через 20 остановился джип – это ехали на работу местные ренджеры, и меня довезли бесплатно до деревни.  Таким образом я оказалась в Раме раньше автобуса.     
  
В интернете я заранее нашла контакты нескольких местных гидов.  Очень там рекомендовали Аттаяка Зелабию – теперь могу только подтвердить самые лучшие рекомендации и лестные отзывы о его программах.  Еще из Вади Музы я позвонила ему и спросила, нельзя ли присоединиться к какому-нибудь туру.  Аттаяк оказался очень отзывчивым и, хотя у него все дни были уже расписаны разными маршрутами, он предложил мне присоединиться к одному или нескольким из них, если мне понравится.    
  
Мы встретились в Раме и тут же вскочили в джип и понеслись в пустыню.  Как бедуины водят джипы на больших скоростях по глубоким колеям из песка – просто диву даешься!  Путь наш лежал к лагерю, где в это время мирно спали 3 англичанина под присмотром брата Аттаяка.  Я вместе с ними собиралась в первый день пройти пешком по горному хребту, который тянется вдоль границы Иордании с Саудовской Аравией.  После нескольких чашек сладкого «энергетического» чая и горячих лепешек прямо с костра, мы отправились в путь.  Англичане оказались страстными путешественниками – один из них неожиданно заговорил со мной по-русски, специально учил его в прошлом году перед поездкой в Красноярск и на Байкал.  День был великолепным – мы шли и шли по горам, наслаждаясь видами и прикидывая, можно ли по этой пустыне перейти границу с Саудовской Аравией – ведь вот она, рядом, как на ладони, и никто ее здесь не охраняет.  У одного англичанина были некоторые познания в геологии, поэтому он постоянно тыкал нас в разные камни и кричал, как же это здорово!  Даже нашел камни с оттисками – то ли древних животных, то ли еще чего.     
  
Посмотрев прекрасный закат, мы встретились с нашим джипом и поехали искать ночлег.  Пустыня дымилась костерками...  «это у вас тут всегда так оживленно?» - спросила я.  Оказалось – нет.  Просто на следующее утро ожидалось большое событие – верблюжьи бега, поэтому много бедуинов приехали специально ради этого мероприятия.  Некоторые семьи привезли своих верблюдов, а также несколько шейхов, в том числе и из соседней Саудовской Аравии, прибыли, чтобы приглядеться и может быть купить чемпиона.  У Аттаяка семья выставила на бега 3х верблюдов, и завтра нам всем предстояло за них болеть!    
  
Пристанище мы в конце концов нашли в неглубокой пещере, защищавшей нас от ветра.  Когда солнце садится, холодно становится не на шутку.  Аттаяк с братом быстро приготовили ужин, и мы все разлеглись вокруг костра, ведя неспешные беседы в основном о предстоящей гонке.  А самое главное - я опять увидела звездное небо в пустыне, в которое навсегда влюбилась еще в Мерзуге, в Марокко.    
  
Верблюжьи бега  
Все поднялись до рассвета и бросились паковаться и наскоро завтракать.  И вот мы уже на нашем джипе въезжаем в долину, по которой будет проходить «гонка».  На самом деле с некоторых пор – это не одна, а две гонки.  Первая, конечно, верблюжья, ради которой все и собираются.  А вторая – гонка болельщиков.  Все болельщики (бедуины) на своих машинах уже подтянулись в долину.  Когда верблюды начинают бежать, джипы следуют за ними по пустыне...  «Тут только держись,» - сказал Салем, брат Аттаяка. «Бедуины привыкли колесить по бескрайним просторам.  За рулем – ни направо ни налево не смотрят.  Поэтому нередко столкновения случаются!»  Мы остановились на пригорке и наблюдали построение верблюдов и подготовку маленьких юрких наездников, которых, кажется, привязывают на спины, чтобы они ненароком в этой тряске и спешке не слетели.     
  
Вскоре после семи утра подали сигнал – и понеслось!  Около 20ти верблюдов и 60! джипов кинулись наперегонки по бездорожью.  На фоне драматичных скал и пустынного ландшафта Вади Рама бегущая вереница верблюдов выглядела очень живописно.  Мы все с дикими криками, поминутно стукаясь головами и крышу и оконные рамы пытались запечатлись этот потрясающий момент на пленку.  Салем умело пристроился рядом с одним из их «семейных» верблюдов, и мы тут же начали его подбадривать и за него болеть.  Верблюд знал определенный «боевой» сигнал, от которого он бежал еще быстрее, поэтому наш джип постоянно бибкал какую-то мелодию.  Другие джипы вели себя не лучше – из всех окон висели, размахивая руками и надрывно крича, бедуины.  Такого накала страстей я даже не ожидала.  Когда же наш верблюд обошел очередного соперника, мы все дружно взвились в одном порыве восторга под потолок!  На мальчишек-наездников было страшно смотреть – они висели за хребтом, прикрепленные веревками, и обливаясь потом, не меньше, чем верблюды, бешено стегали своих «скакунов» и что-то неистово кричали.  Вся гонка длилась около 20ти минут, но какой всплеск адреналина!  Наш верблюд пришел третьим, чем мы были горды и довольны.  Мальчишки-наездники еле стояли на ногах.  Какой-то мужик попал под уже пробежавшего, но еще не утихомирившегося верблюда, и ему оказывали первую помощь.  Салем открыл багажник машины и ахнул: стаканы, из которых мы час назад мирно потягивали чай, все были разбиты вдребезги.    
  
Снова Вади Рам  
После бегов нас отвезли к автобусу – англичане ехали дальше в Петру.  Аттаяк уже ждал следующих туристов, которые собирались провести 2 дня в Вади Раме:  первый – на верблюдах, а второй на джипах.  Верблюжьи бега меня настолько вдохновили, что я решила остаться и тоже присоединиться к новому маршруту.  Пока мы ждали моих попутчиков, Аттаяк пригласил меня в гости, познакомиться с его женой и годовалой дочкой.  Они живут в одном из каменных современных домов в деревне Рам и уже отвыкли от кочевой жизни.  Родители Аттаяка, которых мы потом тоже навестили в пустыне, до сих пор перемещаются с места на место со своими стадами овец и верблюдов, живут в шатрах и считают пустыню своим домом.    
  
Новые попутчики:  семья из бельгии (родители с двумя детьми) и 3 голландца.  Я с удивлением узнала, что несколько верблюдов, на которых нам предстоит целый день ездить по Вади Раму, - утренние участники бегов.  Огого – как бы они опять не кинулись соревноваться...  На что Аттаяк, весело подмигнув, сказал, ничего – пол дня тренировки, а потом мы свою гонку устроим!  Итак, в путь.  Каждому выдали по кнутику и объяснили азы управления верблюдом.  Ну вправо, влево – это понятно, чтобы он бежал, нужно бить его пятками и кнутом и резко кричать «хач – хач», и самое главное – чтобы верблюд лег, нужно сильно и уверенно тянуть поводья вниз и кричать «их-х-х-х!»  Действительно все работает, верблюды, хоть иногда и неохотно, но слушаются...  и когда ты гарцуешь на верблюде по пустыне, поднимаясь на холмы и дюны и время от временя пуская его легкой рысцой – появляется детское чувство восторга и удовольствия!  Мальчишка из Бельгии так увлекся «дрессировкой» своего верблюда, что мне того даже жалко стало.  Он его каждые пять минут заставлял ложится и вставать, бегать направо-налево и вообще спуску ему не давал.  Я, сев на довольно агрессивного верблюда, должна была постоянно следить, чтобы мы не приближались к другим норовистым самцам, а то они кидались кусаться и прыгать друг на друга, и тут уже думаешь только о том, как бы не слететь.     
  
Но в целом это идиллия – рассекать по пустыне на верблюде.  Аттаяк показывал нам общее направление движения; те, кто побаивались уезжать далеко – шли шагом рядом с его верблюдом, а мы (остальные искатели приключений) пускали своих верблюдов рысцой и успевали объехать всю округу и прибыть на место перекура взмыленные, но довольные.  С остановками на чаепитие и на обед, мы двигались верхом до самого заката.  В этот день я окончательно влюбилась Вади Рам, залитый солнцем и бесконечно прекрасный и разнообразный.     
  
Все-таки для такой езды нужна тренировка.  К вечеру от тряски, было уже весьма больно сидеть, хотелось только сползти вниз и лечь полежать.  Но когда впереди замаячил наш лагерь, и Аттаяк призывно крикнул – ай-да наперегонки, все дружно подстегнули своих верблюдов и подъехали к шатру веселой рысцой с боевыми криками, чем привели в полное изумление нескольких бедуинов и пару туристов, которые в этом лагере чаевничали.  Туристы завистливо спросили – это вы сколько дней уже так путешествуете?  Как вы хорошо с ними управляетесь!    
  
Те, у кого остались еще силы – поднялись на соседний холм – полюбоваться прекрасным закатом.  А вечером нас ждал праздничный (рождественский) ужин, игра на лютне и песни у костра.  Исполнялись рождественские песни всех времен и народов – и хором и соло.  Я спела «В лесу родилась елочка» - что в пустыне звучало несколько странно, но всем понравилось, и мне поаплодировали.  Аттаяк научил нас словам припева какой-то популярной бедуинской песни.  Уже неделю спустя, я услышала ее случайно в кафе в Дамаске, и когда я начала подпевать – у моих сирийских друзей буквально открылись рты от удивления .  На ужин был великолепный мансаф и салад.  Аттаяк еще испек хлеб прямо в золе от костра – замесил крутое тесто, прикрыл золой и через несколько минут – вкусный дымящийся хлеб был готов!     
  
Разговорилась с женщиной из Бельгии – они возят своих детей по миру с младенчества – я очень за них порадовалась.  «Ты представляешь, - поделилась со мной бельгичанка, - мне мои дети сейчас сказали:  «Мамочка, как жаль, что мы пробудем в пустыне только три ночи!»  А ведь мы здесь всего лишь одну ночь запланировали... Вот теперь не знаю, как им и сообщить эту новость!»    
  
На утро, дети, а за ними родители и все остальные поднялись до рассвета.  Я порадовалась, что увижу еще один рассвет в пустыне – это всегда удивительно новый и прекрасный момент жизни.    
  
Последний день мы колесили на джипах и посещали все знаменитые атракции Вади Рама.  Мосты в скалах, различные места, связанные с Лоуренсом Аравийским, осматривали какие-то наскальные рисунки.  Так же заехали в гости к родителям Аттаяка.  После обеда мы двинулись по очень красивой дороге среди гор, которая называется «Дорога Лоуренса в Акабу».  Действительно часа через полтора пустыня закончилась, и мы выехали на шоссе в десяти километрах от Акабы.  Все пронеслось так быстро, и как всегда прощанье наступает неожиданно.  Мне в очередной раз предложили остаться в пустыне еще.  Но на этот раз я не осталась, а поймала попутку и через 15 минут была уже в Акабе на берегу моря.    
  
Акаба  
Сначала я планировала сразу после Вади Рама уехать в Амман на ближайшем автобусе.  Однако, оказавшись в Акабе, мне просто не захотелось уезжать.  После 3х дней в пустыне, вся в пыли, основательно пропахши дымом костра, порядочно устав от ранних подъемов и промерзши в ночном холоде, несмотря на 3 свитера, куртку и шапку...  я увидела этот курортный, теплый, солнечных город.  Мирно плещется море, люди хорошо и по-европейски одеты, со всех сторон из закусочных манят запахи жареной рыбы и морепродуктов...  Я села на лавочку, вдохнула морской воздух, посмотрела на аллею пальм и клумбы цветов вокруг... и достала Лоэнли Плэнет, чтобы найти там подходящий отель для ночлега.   Мой выбор пал на гостиницу Аль-Затари.  Замечательный отель с прекрасным видом на море из комнат.  Еще раз там с удовольствием остановлюсь.    
  
В Вади Раме мобильники не принимают сигнал, поэтому связь с внешним миром там очень ограничена.  Смешно видеть иногда какого-нибудь бедуина, вскарабкавшегося на самую высокую в округе дюну и еще изо всех сил подпрыгивающего на ней, держа в вытянутой руке мобильный телефон...  Это он надеется, что сигнал все-таки поймает, и может быть ему придет смс от его тоже где-то странствующих сотоварищей.  Я попробовала один раз ради интереса, но, видимо, в этом деле нужна местная сноровка – мне сигнал так и не попался.    
  
В Акабе на меня посыпались смски – поздравления с Рождеством, вопросы от друзей в Аммане – когда приеду в Амман; вопросы от друзей в Сирии – когда меня ждать в Дамаске...  Неожиданно читаю смс от Махмуда (из Петры), который сообщает что в ближайшие дни будет в Акабе с какой-то группой англичан.  Это просто здорово!  Сразу звоню Махмуду, и мы договариваемся встретиться погулять по вечерней Акабе.    
  
Вечерний променад вдоль моря:  очень мало туристов, довольно много местных; завораживающие, близкие огни Эйлата на противоположном берегу.  После прогулки, мы пробежались по магазинчикам.  Акаба – это зона беспошлинной торговли, поэтому многие вещи там можно купить весьма дешево, в том числе и алкоголь.  Зашли поиграть в биллиард в местный клуб.  Девушек там, правда, совсем не было, но ко мне отнеслись нормально.  И я даже выиграла у Махмуда .  Закончили вечер в баре гостиницы Мевенпик.  Там проходило выступление танцев живота.  В зале было очень много богатых арабов из Персидского Залива – пришли специально смотреть танцы.  Танцовщица была верх грации и мастерства.  Я, конечно, видела любительские танцы живота в Турции, Сирии, Марокко, и, признаться, до сих пор была о них не слишком высокого мнения.  Но это...  это было завораживающее чудо.  Скажу сразу, что на следующий вечер мы пошли еще раз, уже с англичанами.  Танцы закончились около часа ночи, и как мне ни хотелось остаться еще, но неумолимо тянуло в сон, и даже любимый иорданский кофе был не в силах мне помочь.    
  
Следующий день был посвящен морю.  В Акабе значительно теплее, чем в других местах Иордании, поэтому даже зимой можно полежать в купальнике на пляже и залезть ненадолго в воду, чтобы увидеть знаменитые кораллы и другие красоты Красного моря.  К югу от Акабы на много километров до самой границы с Саудовской Аравией тянется сплошная полоса пляжа.  Мы поехали в один из дайвинг ценров.  Туда же подтянулись две туристки из Англии в сопровождении их гида – компания получилась очень теплая, по кругу пошел джин с тоником...  если бы не англичанки, я бы, наверное, в море так и не залезла.  Удивляюсь холодостойкости этой нации!     
  
После купания мы устроились в одном из уютных кафешек у самой воды и раскурили аргиле.  Совершенно удивительное ощущение, когда ты осознаешь, что находишься на перекрестке стольких дорог.  Сидишь на иорданском берегу, справа отчетливо, как на ладони, видны постройки Эйлата, прямо перед тобой сквозь морскую дымку различим египетский берег и Таба, ну а слева – Саудовская Аравия.  Одним словом, куда ни посмотришь – новая страна!    
  
Так хорошо было около моря, что спонтанно решили остаться на пляже до вечера и устроить ужин-барбекью.  Пока Махмуд разводил костер, мы с гидом и одной англичанкой поехали на местный рынок и закупили свежую рыбу, мясо, овощи и приправы.  Солнце медленно садилось, уже потрескивал, согревая нас, костерок...  на всем пляже не было ни души.  И опять песни, и разговоры со случайными попутчиками, и аромат рыбы на гриле, и звезды в ночном небе.    
  
Назад в Амман  
На следующий день, ближе к обеду, я уезжала на автобусе в Амман.  Какой-то парень, садящийся в автобус вместе со мной, критически посмотрел на меня в футболке с коротким рукавом и сообщил – К Вашему сведению, в Аммане сейчас очень холодно.  Я поблагодарила его за заботу, и потом мы всю дорогу болтали и пили кофе, который разносила бортпроводница.  Четыре часа пути пролетели почти незаметно.  «Почти» - это потому, что, не доезжая километров 20 до Аммана, наш автобус сломался, и мы застряли еще примерно на час, пока его чинили.  Мой попутчик очень переживал, что теперь в моих глазах Иордания останется страной, где ничего не работает, и все так же плохо, как в соседних Египте или Сирии.  Узнав, что на следующий день я собираюсь в Мадабу и тоже на общественном транспорте, он решительно сказал:  «Нет, я тебя повезу на машине!  Не хочу допустить, чтобы ты страдала в этих микроавтобусах!  Сущий ад!»  Меня такое отношение очень развеселило, но пришлось заверить моего нового знакомого, что я просто обожаю их микроавтобусы и поеду именно на них...  не могла же я сказать, что больше не вынесу его брюзжанья по поводу и без повода.    
  
Кстати, автобусы из Акабы в Амман едут по очень красивой дороге вдоль Мертвого моря!  Все путешествие я, затаив дыханье, смотрела на вздымающиеся скалы справа по ходу и на пенящиеся голубые волны слева.     
  
В Аммане, оставив вещи в гостинице, я поехала на холм, на котором находятся развалины Цитадели.  Таксист «схитрил» и не включил счетчик, я заметила это только уже подъезжая к Цитадели и глубоко вздохнула, предвидя разборки.  Действительно, последовала короткая перепалка, в течение которой я предлагала таксисту один динар за проезд, а он требовал два.  Я ради спортивного интереса еще «поскандалила», но мне это быстро надоело, и тогда я пригрозила просто уйти.  Водила сразу взял один динар без дальнейших разговоров.  У входа в цитадель меня уже встречал охранник-кассир.  Сочувственно спросив, «Что Вас таксист обсчитать хотел?», он протянул мне билет и назвал цену – один динар.  «У Вас же на входе 2 динара написано?!» - удивилась я.  «А я Вас по студенческому тарифу пущу,» - сообщил кассир .  Вот и пойми этих арабов!    
  
От Цитадели на холме, к сожалению, почти ничего не осталось.  Но не ради Цитадели сюда стоит приехать.  А, во-первых, чтобы посетить очень симпатичный и интересный музей, где собраны археологические ценности разных эпох, найденные на территории Иордании, и самое главное, чтобы полюбоваться чудесными видами на город, который разбегается во все стороны до горизонта.  Я попала на холм на закате – пожалуй, самое лучше время:  город горит в лучах заходящего солнца, а потом со всех сторон появляются зеленые огоньки минаретов.    
  
Ужинаем с моим хорошим другом Али.  Он врач, из Багдада, и уже три года живет и работает в Аммане.  Конечно, разговоры прежде всего о войне в Ираке, о режиме Садама Хусейна и о жизни интеллигенции в Багдаде.  Али только что вернулся из Ирака, ездил навещать родителей... он с увлечением рассказывает – Багдад то, Багдад се.. а мне кажется, что он говорит о каком-то параллельном мире, тот, который существует только на экранах телевизоров.  На самом же деле Багдад всего лишь в 10ти часах езды на машине из Аммана.  Рукой подать!  Дай Бог, чтобы там как можно быстрее наладилась обстановка.  Приглашение в гости у меня уже есть .    
  
Мозаики  
Наконец-то я еду в Мадабу.  Это тот город, в который я не попала из аэропорта в ночь своего прилета.  Я обожаю рассматривать мозаики, а Мадаба как раз ими и знаменита.  На автобусе из Аммана ехать туда около часа.  Первым делом мой путь лежит в Церковь Святого Георгия – на полу этой церкви находится огромная старинная мозаичная карта Святой Земли с величественным Иерусалимом в центре.  Карту нужно обходить с разных сторон, чтобы как следует рассмотреть все детали.     
  
Дальше я брожу вниз и вверх по узким улочкам города, наслаждаясь тихой провинциальной атмосферой, покупаю кофе у уличных торговцев, а потом захожу в Археологический парк.  В Парке меня ждут новые прекрасные мозаики, в одном месте произведена реконструкция римской виллы, и все ее полы выложены великолепными узорами.     
  
Снова возвращаюсь на автобусную станцию и нахожу маршрутку до Горы Небо.  Это гора, с которой Моисей увидел Землю Обетованную.  В маршрутке много деревенских жителей, и мы неспеша петляем по близлежащим деревням и всех их высаживаем.  Виды вогруг уже чудесные, а автобус поднимаемся все выше и выше.  Наконец, я остаюсь одна, и через несколько минут выхожу у ворот в парк на Горе Небо.  Какой же там ветер!  Кроме него, уже ничего не слышно вокруг, и чувствуешь, что тебя просто сдувает с ног!  На горе находятся смо

 

СТАТЬИ О ТУРИЗМЕ


Самая дорогая гостиница мира? Десять самых дорогих гостиниц мира в 2005 году
Самым дорогим отелем в мире вот уже несколько лет считается отель The Mansion в Лас Вегасе. Самый дешевый номер в нем стоит около $5000 за ночь без стоимости завтрака. В каких других отелях постояльцы согласны платить такие деньги и что они за это по
Как и где учить норвежский язык?
Норвежский язык принадлежит к северогерманским языкам вместе со шведским, датским, исландским и фарерским языками. Норвежский, шведский и датский, которые являются скандинавскими языками, очень близки.
Самые высокие здания мира
Расхожая истина - размер не имеет значения - похоже, не относится к высоте зданий. Человек стремился добраться до неба еще с библейских времен - начиная с возведения Вавилонской башни. Но вплоть до 19-го столетия увеличение высоты зданий означало уто
Пустыня Наска. Тайны древней цивилизации Перу
Если считать несколько сот квадратных километров пустыни Наска на юге Перу музеем, то следует признать его одним из самых необычных в мире. Во-первых, потому что Наска - это музей под открытым небом
Коста-Рика, провинция Картаго
Провинция Картаго располагается юго-восточнее Сан-Хосе и славится зелеными долинами, покрытыми плантациями кофе и сахарного тростника. Сам город Картаго был основан в 1563 г и до 1823 г был столицей Коста-Рики.
Історичний і кінематографічний тур в Хотин
Фортеці, як і люди, бувають кіногенічними та не дуже. Хотинська — справжня кінозірка протягом вже 40 років. Вона виконувала ролі французької бунтівної Ля Рошель та суворого англійського замку, казкового палацу із казок Г.-Х. Андерсена та середньовічн