+38 044 270 6044
Желаете отдохнуть, ЗВОНИТЕ

Русский дуб посреди Лонг-Айленда

Ехать три часа в самый конец Лонг-Айленда, а затем отдать остаток дня поиску лучших вин — дохлый номер. Дня не хватит, чтобы объехать все три десятка местных виноделов. По своему опыту знаю, что вас хватит на три-четыре остановки максимум. Выпить, допустим, несложно, а поговорить? Хотя, доложу вам, что когда попадаешь на виноградник Ospray”s Dominion, где производятся вина по меньшей мере дюжины наименований — от игристого до портвейна, — то быстро отсюда не уедешь. Кто после этого мог сомневаться, что я не пойду на 15-ю ежегодную дегустацию Windows on Long Island, где под одной крышей предоставляют свою продукцию все лонг-айлендские виноделы? На этот раз мероприятие прошло под сводами ресторана Capitale, который находится на Боуэри, в самом сердце расползшегося во все стороны Чайна-тауна. Ресторан расположился под сводами старого банковского здания, напоминанием чему — роскошные мраморные полы и головокружительные сводчатые потолки. Помимо виноделов в ресторан прибыли их спонсоры, среди которых — лучшие рестораны города. Перечислю несколько: Aquavit, Grand Central Oyster Bar, Spice Market и Tocquille. А? Каково? Я вам говорю, друзья мои. Вина было море, но на отсутствие закуски пожаловался бы только самый нахальный. Сам я, как встал с бокалом шардоне возле лотка Oyster Bara, так и стоял, пока мужчина в смокинге не поинтересовался, есть ли у меня совесть. У меня есть совесть, а у них есть совесть — так вот вываливать перед истощенным постом и молитвой человеком свежайшие в своем роде устрицы?! Не менее увлекательными были ракушки из Aquavit, представлявшие собой какое-то фруктовое пюре, на котором лежал кусочек гребешка, осыпанного красной икрой. Там как раз рядом дегустировали совиньон-блан, и я уже отвел душу как мог, пока новый мужчина в смокинге не подошел ко мне с прежним вопросом о совести. Но я уже был подготовлен и дал ему свой типовой ответ: а у вас, холера вас забери, есть совесть? Давали бы хот-доги с горчичкой и капусткой, я бы вам столько совести продемонстрировал, у вас бы тарелок не хватило раскладывать! Но вернемся к вину. Как я уже писал, лонг-айлендские виноделы любят скромно намекать, что они состоят в необъявленном соревновании с Бордо, в связи с чем редкая компания здесь не производит меритаж, представляющий собой типовую бордосскую смесь по меньшей мере трех вин: каберне-совиньона, мерло и каберне-франка. Но самые отчаянные работают по полной программе, вбрасывая в дело мальбек и петит-вердо. Но, насколько мне известно, ни одна из лонг-айлендских компаний не делает самой простой смеси, практикующейся на бордосском правобережье, в Сент-Эмильоне, где в дело идут только мерло и каб-франк. Впечатление такое, что американцы заявляют: нас не пугают эти французские штучки! Мы готовы пойти по пути самого большого сопротивления! Мы вам покажем! И таки идут! Результаты? Когда перед тобой 30 виноделов, из которых значительная часть внезапно оказывается выписанными из Франции французами, делать какие-то стремительные выводы опасно. Поэтому я с предельной осторожностью назову только несколько вин, на которые я обратил внимание давно и качество которых в очередной раз подтвердилось на дегустации в Capitale. Это — Ospray”s Dominion, где делают очень хорошее мерло и каберне-совиньон и, на мой взгляд, лучшее лонг-айлендское каб-франк. Оно насыщенное, густое, темно-рубинового цвета, с выраженным ароматом слив, красных ягод, зеленого перца, табака и шоколада. Оно умеренно терпковатое, и, когда ты набираешь в рот только первый глоток, оно уже истошно кричит тебе: "Стэйк давай! Стэйк давай, тунеядец!". Еще одно прекрасное мерло — густое, мягкое, мясное, делают на самом маленьком в этих краях пятиакровом винограднике Turnhaven Cellars, который хозяин не без иронии рекламирует, как последнюю виноварню перед Бордо. Это факт. За ней уже начинается океан. А там дальше, глядишь, и выглядывает из тумана французский берег. На этот раз открытием для меня стали очень густой, яркий, насыщенный вкусом ягод меритаж фирмы Macari и очень неплохое каб-франк компании Bedell. Это не значит, что продукция трех десятков других виноделов недостойна даже упоминания. Я уверенно скажу, что Лонг-айленд дает продукцию стабильно хорошего качества. Но ее отличительной чертой является легкость. Мне очень понравилось мерло компаний Roanoke и Jason”s Vineyard, а также меритаж компании Pindar, одной из самых больших на острове, которая выпускает его под названием Mythology. Но, повторюсь, в основном лонг-айлендские красные — это легкие, очень приятные столовые вина без той густой пряности, которой обладают лучшее бордо. Это высказывание требует обязательной поправки. Говоря о хорошем бордо, мы, как правило, имеем в виду выдержанное вино. Вина из Сент-Эмильона в высших категориях гран-кру и гран-кру классе пьют после 10-15 лет выдержки. Лонг-айлендские вина, как правило, молодые. Три года — и в продажу. Правда, меритаж Mythology, которое я отметил выше, на дегустацию вынесли 1998 года. Немудрено, что после почти семилетней выдержки оно отличалось от своих соседей! Надо сказать, что наши виноделы прекрасно знают этот "секрет", и поэтому в ассортименте больших хозяйств вы почти всегда найдете "винтедж" конца и даже середины 1990-х годов. Он и стоит соответственно, но где вы видели, чтобы дешевое вино было хорошим? Я — нигде. Хотя Лонг-Айленд находится в необъявленном поединке с Бордо, здесь производится море вина, которым можно окропить другой винодельческий район Франции — Бургундию. Редкая компания на Лонг-Айленде не производит шардоне. Его много. И оно хорошее. И оно на все вкусы. Одни виноделы делают самые настоящие "дубово-фруктовые бомбы", в бочках из американского дуба, тяжелые, ванильно-маслянистые, с могучим духом груш, персиков, яблок. К ним я бы отнес Osprey”s Dominion. Есть шардонейщики, которые нашли серединный путь и делают свое вино более легким в баках из нержавейки. К ним я бы отнес Peconic Bay Winery, чье шардоне приближается, но, увы, не дотягивает в плане изысканности, до лучших бургундских. Очень хорошее, очень деликатное шардоне производят на Sherwood House Vineyards. Но одно шардоне во время этой дегустации мне по-настоящему запало в душу. Его делает Тэриса Дилуорт. Она является одновременно владелицей виноградника, менеджером и виноделом. Правда, при ней трудится консультант из Франции Бернар Канак. К слову сказать, его жена, Лиза Канак, занимает директорский пост на Sherwood House Vineyards. Историю компании Comtesse Therese можно назвать типовой для наших дней. В ней — состоявшиеся профессионалы, которые пришли в винодельческий бизнес, движимые желанием не заработать, а делать свое вино. Виноделие становится в наши дни не средством заработка, а стилем жизни. Посмотрите, какая масса голливудских звезд, даже разгильдяйских звезд рока, рванулась сейчас в эту сферу. В Калифорнии хорошо известно вино под маркой Коппола, на нашем краю винной карты Америки большой фирмой Bedell Cellars владеет с 2000 года глава кинокомпании New Line Cinema Майкл Линн. Тэриса является преуспевающим юристом в сфере налогового права, где достигла международной известности. Среди ее клиентов известная фармакологическая фирма Phizer. Человек с ее доходами может пить лучшие вина мира, но она пошла другим путем. Она купила 10-акровый виноградник на Пеконик-лейн в 2000 году и начала собственный бизнес. Пока ее собственный виноградник рос, она покупала виноград на соседних и делала вино под своей маркой Comtesse. Ее мерло урожая 2001-го получило 90 баллов в апрельском номере журнала Wine Spectator за 2004 год. Во время последней дегустации я замер с глотком ее шардоне во рту. Это было самое то, что я искал, — легкое, с тончайшим намеком на ваниль, с легким букетом груш, персиков, яблок. На мой вопрос, как это у нее так славно получилось, Тэриса ответила: "Благодаря бочкам из русского дуба. Я пробовала французский, пробовала венгерский, но русский оказался самым деликатным". Я не могу сказать, что в этот момент во мне взыграла национальная гордость, которая и заставила меня сообщить о русском дубе в заголовке своих заметок. Перефразируя известное высказывание — патриотизм — последнее прибежище халтурщика. В противном случае я бы хлестал одесское алиготэ и еще одну местную кислоту со страшным названием раком-до-цели. Да, и еще я спросил свою собеседницу, действительно ли она графиня? Тэриса, улыбаясь, заявила, что ни в коем случае, просто название вина так звучит красивее.
Источник: www.tourua.com

СТАТЬИ О ТУРИЗМЕ


Экскурсия по Киеву для... киевлян: экскурсия по Киеву, которого вы не знали!
"Приглашаем вас на экскурсию по Киеву - за два часа вы проедете по Киеву, увидите древний Подол, посетите Киево-Печерскую Лавру, побываете в..." - в три голоса пытаются перекричать друг друга на железнодорожном вокзале Киева...
Купание в море: опасности. Опасности на каждом шагу!!!
Красота - это страшная сила. Опасно! Особенно опасно купание в "красотах" с морскими обитателями - в море полупрозрачных медуз, в море ярких морских звезд, в море расписных рыб и целых подводных лугов "морских цветов" - кораллов и актиний....
Люксембург и люксембуржцы
Люксембургский народ - этническая общность со своим диалектом, не похожим ни на один соседний язык. Ни учебников его нет, ни профессиональных переводчиков, только все на нем говорят, при первой необходимости переходя на любой другой язык: немецкий, ф
Достопримечательности Каймановых Остpовов
Утопающие в тропической зелени Каймановы острова, славящиеся прекрасным климатом, признаны одним из лучших в мире уголков для отдыха и подводного плавания, яхтинга и серфинга. На Каймановых островах практически отсутствует преступность
Тур по Восточные Пиренеи, Франция. Восхитительные пейзажи французской Каталонии
Этот маленький кусочек Лангедок-Руссильона, департамент Восточные Пиренеи, не может похвастаться своими размерами. Но размеры - это единственное, чем здесь нельзя похвастаться. 320 солнечных дней в году, три горные цепи, три долины, 49 километров пля
Сан-Марино - страна-корабль, парящая над бездной столетий
В Сан-Марино есть не только государственная граница и армия, но и собственный, независимый от остального мира календарь, отсчитывающий историю со дня основания республики. Согласно этому календарю здесь до сих пор семнадцатый век.